Один выстрел, и дверца со скрипом открылась, давая волю афроамериканке. На ватных ногах она выскочила из клетки, вцепившись в мои плечи.
— Где Лили?! Что с ней сделали?! ГОВОРИ!
— Ты идешь с Сарой. Она приведет тебя в безопасное место, к остальным, — ответила я, сбрасывая руки Джессики, и направляясь прочь.
— КУДА ТЫ?! — выкрикнула Сара, удерживая под руку обессилевшую афроамериканку.
Я застыла в нерешительности и все же обернулась, натянуто улыбнувшись.
— Не бойся за меня. Скажи Деннису, я вернусь. Мне просто нужно поговорить с одним человеком…
***
Издалека я видела, как Сара быстро выводит Джессику за главные ворота и сажает ее в лодку. Деннис что-то кричит ей, а девушка лишь бросает на темнокожего сочувствующий взгляд, пожав плечами, а затем одними губами шепчет:
— Она вернется…
Ракъят медленно отступали. Пираты гнали их до самого берега, но там их ждали с десяток моторных лодок, на которых воины покинули остров Вааса. Теперь, несмотря на маты и громкие ругательства пиратов, наступила такая долгожданная тишина: больше не было этой автоматной очереди, взрывов и треска битого стекла от коктейлей Молотова. Был только шум прилива и треск от пожара, который пираты успешно потушили ближе к вечеру…
Я сидела под навесом на главной площади, чья земля с корнями пропиталась кровью сотни людей. Меня трясло и знобило. Не знаю, от холода ли, или, может, от пережитого. Проходящие мимо пираты на меня даже не смотрели: у них теперь своих проблем по горло. Да и все те, в кого я осмелилась выпустить обойму в этой битве, были давно мертвы. Как долго я так сидела, в прострации и одиночестве? Как долго перед глазами мелькало бесчисленное количество фигур в красных майках, оттаскивающих с площади трупы своих товарищей? Как долго стоящее в зените солнце опускалось к глубокому морю? Не знаю…
И так и не узнала бы, если бы в один момент не вздрогнула от громкого голоса, раздавшегося неподалеку.
— Бэмби, какого хуя?!
Ваас, до этого отчитывающий своих подчиненных, заметив меня, как с цепи сорвался. Я даже не посмотрела на него, погруженная в свои мысли. Оказавшись возле меня, пират грубо поднял меня за локоть и схватил за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. Теперь все его внимание и гнев были обращены ко мне.
— КАКОГО ХУЯ ТЫ ПОЛЕЗЛА ТУДА, ИДИОТКА?! Я ТЕБЯ СПРАШИВАЮ! А?!
Он встряхнул меня, потом еще раз и еще. Он кричал и никак не мог докричаться до меня. Я смотрела сквозь пирата и наблюдала, как среди ярости и безумия в его глазах скрывается беспокойство. Чертово беспокойство. Настолько непривычно было видеть волнение в глазах этого человека…
— Ты должна была сидеть там, где я приказал тебе! А вместо этого я узнаю, что ты сбежала, и даже не к ебаным ракъят, а в гребаное горящее здание! О чем ты думала, когда лезла туда блять?! Ты совсем в край ебанулась, Mary?! Отвечай, сука ты такая!
— Босс!
— AMIGO, СЪЕБИСЬ НАХУЙ! — рявкнул Ваас, обращаясь к подоспевшему подчиненному.
— Но… Мы нашли кое-кого, — растерянно добавил пират, указывая пальцем на обгоревший выход из здания.
Антонио. Его выносили двое пиратов, кривя рожи в гримасе отвращения. И их можно было понять: огонь не успел превратить его тело в пепел, однако испанец заметно обгорел, его вывернутый в неестественном положении локтевой сустав обмяк и висел, как какая-то тряпка, но страшнее всего было смотреть на его лицо — лицо, которого больше не было. Вместо глаз, носа и рта было лишь месиво и запекшаяся кровь. На лице Антонио не осталось живого места…
Я завороженно смотрела на плоды своих стараний и не могла понять, что чувствую. Теперь, при свете дня и свежем воздухе, все казалось совершенно иным…
Несколько секунд Ваас не отрывал охуевшего взгляда от своего подчиненного, которого уносили в сторону бухты, где его тело сбросят на корм акулам. Мое дыхание предательски сбилось. Ваас вновь посмотрел на меня, и в его глазах читался немой вопрос… В моем же взгляде нетрудно было найти ответ.
Вокруг стало собираться слишком много народу — главарь пиратов прорычал и схватил мое запястье, уводя прочь.
— Чтобы когда я вернулся, весь этот срач был нахуй вылизан, amigos! — напоследок бросил он.
Ваас толкнул меня в комнату, громко захлопывая за собой дверь, от чего Адэт резко подскочила, навострив уши. Я обернулась к пирату, готовясь к тому, что сегодня мне придется отделаться новой порцией синяков за убийство его шестерки. И что-то подсказывало мне, что побоев в этот раз я просто не вынесу: после пережитого в горящем здании я и так еле держалась на ногах, кое-как сдерживаясь, чтобы не схватиться за раскалывающуюся голову.
— Это ты сделала? — спросил пират, повышая голос и указывая пальцем на улицу. — Скажи мне, это ведь ты сделала, Mary?! И только солги мне блять…
— Я, — недолго думая, ответила я дрогнувшись голосом.
«Я это сделала…» — пронеслось в голове.
