— И все это время, пока ты встречался с моим двоюродным братом Дэйвом...
— Я никогда не встречался с Дэйвом!
Она озорно улыбнулась мне.
— Тогда как бы ты это сформулировал?
— Мы... немного подурачились. Вот и все.
— И знаешь, почему это все, чем вы занимались?
— Потому что он был странным, и он мне не нравился.
— Потому что, даже когда ты был с Дэйвом, ты говорил о Ламаре.
— Это он сказал тебе?
— Ему не обязательно было это делать.
Я вздохнул и уставился туда, где наши согнутые колени почти соприкасались на ее уродливом диване в цветочек, разрываясь между смехом и стыдом. Я знал, что она права. Я слишком долго строил мечту, в центре которой было возвращение Ламара в Коду. В этой мечте я не прятался в шкафу. Я не женился.
Но у меня никогда не было Наоми, и я бы ни на что ее не променял. Даже на Ламара.
Елена наклонилась ближе, ее глаза горели любопытством.
— Это действительно он?
— Да.
— Но это не свидание?
— Нет. Мы собираемся потусоваться вместе. Вот и все.
— Но что он здесь делает? Навещает своих тетю и дядю? Он навестил тебя спустя столько времени?
— Он переехал в Коду в прошлом месяце. Вообще-то, он учитель английского у Наоми. Он не мог найти меня, потому что не знал моей фамилии, но вчера нам пришлось отбуксировать его машину. Вот тогда-то я и узнал.
— Вау.
— Знаю.
— И он холост?
— Да.
— Он все такой же симпатичный?
Я рассмеялся.
— Да.
— Тогда почему, черт возьми, это не свидание?
— Ты знаешь почему.
— О, Дом. — Она накрыла мою руку своей. — Ламар вернулся, как ты всегда и хотел, и ты все еще собираешься это делать? Ты и дальше собираешься глупо притворяться, что тебе никто в этом мире не нужен? Как будто оставаться одиноким — это единственный благородный поступок, который ты можешь совершить?
Я наклонился и поцеловал ее в нос.
— Мне нужно идти.
Она покачала головой, когда я встал.
— Ты идиот.
— Я спас тебя от самого жуткого паука в мире, и это все, что я получил? Самое меньшее, что ты можешь сделать, это сказать спасибо.
— Спасибо, что позаботился о пауке.
— Не за что.
— Я все равно считаю тебя идиотом.
ЛАМАР
На следующий день я проснулся, чувствуя себя лучше, чем когда-либо. Даже голый пол под моими ногами не казался таким холодным, как обычно.
Я сидел на краю кровати, уставившись на белые стены моей странно тихой комнаты, погруженный в свои мысли.
Все, что произошло накануне, казалось сном. Моя машина была разбита вдребезги, а затем из ниоткуда появился Доминик и увез меня, чтобы я провел вечер, играя в игрушки. В это время я выпил гораздо меньше бурбона, чем обычно. Мы провели несколько часов, наслаждаясь пластиковым конструктором и пиццей, а потом он отвез меня домой на той же машине, на которой мы когда-то целовались, как будто нам снова было по семнадцать, и мы были готовы повторить все, что было пятнадцать лет назад.
Я покачал головой.
Должно быть, все это было сном, но явное отсутствие похмелья говорило об обратном.
Я проверил свой телефон и порадовался, что не забыл выключить его перед тем, как лечь спать. Три пропущенных звонка с неизвестного номера. Я покачал головой. Очевидно, разбивания моей машины было недостаточно. Те студенты, которым я насолил, были полны решимости доставать меня как можно больше. Я уже подумывал о том, чтобы просто поставить всем «пятерки», чтобы это прекратилось.
Я ввалился в свою гостиную и меня ждал второй сюрприз за день: светило солнце. Вот почему в моей спальне было так тихо. Я был слишком отвлечен, чтобы заметить, что дождь не барабанил по черепице или по окнам. Выглянув из-за раздвижной стеклянной двери, я увидел бледно-голубое небо.
Казалось, что дела идут на лад, но я не смел слишком надеяться. Я бы не смог, даже если бы захотел. Несколько недель назад я словно провалился в колодец. От того, что на небе светило солнце, было мало толку, когда его свет был загорожен со всех сторон холодными серыми стенами депрессии.
Полчаса спустя водитель из «Мастерской Якобсена по ремонту автомобилей» позвонил в мою дверь. Это был не тот угрюмый водитель, которого я видел накануне. Этот парень показался мне странно знакомым.
— Вы готовы ехать, мистер Франклин?
— Только дайте мне взять куртку.
Он рассмеялся, и его сходство с Домиником поразило меня. Я смутно помнил Дмитрия с той ночи, когда он занял мое место в машине моей кузины, но это должен был быть он. У него было такое же долговязое телосложение, как у Дома. Те же темные волосы и дразнящий взгляд. Он даже наклонял голову точно так же, когда смеялся.
— Вам она сегодня не понадобится. Будет жарко. После такого дождя и так чертовски душно.
Я подозревал, что его представление о «жарко» сильно отличается от моего, но было гораздо теплее, чем я ожидал, и он не ошибся насчет влажности.
— Ваша машина должна быть готова к тому времени, как вы сегодня закончите работу, — сказал он, поворачивая на перекрестке с моей тупиковой улицей. — Фургон будет ждать вас в 3:45.
