Я – странная петля полностью

Если я медленно вел камеру влево, то есть к центру экрана, и волей-неволей дальше по коридору, по правой стене появлялось все больше дверных проемов, которые становились все меньше и уходили все дальше – и вдруг, в один переломный момент, мной овладевало прекрасное, ошеломляющее ощущение бесконечности, мне был виден весь коридор насквозь, вплоть до самой зияющей пустоты, стихийно протянувшейся вдаль и вглубь к самой точке исчезновения («точке схождения», как она называется в теории перспективы). Это я назвал бесконечным коридором. (Заметьте, что, по сути, тот же коридор виден на фото с отражающими друг друга зеркалами в Главе 4.)

Конечно, ощущение, что я вижу бесконечное количество дверных проемов, было иллюзорным, поскольку зернистость телеэкрана и скорость света устанавливают предел тому, сколько вложений может отобразиться. Тем не менее смотреть в глубь того, что выглядит как магический бесконечный коридор, было куда соблазнительнее, чем смотреть лишь на коридор усеченный.

Следующий набор экспериментов касался наклона камеры. Когда я ее наклонял, каждый экран, выражая почтение внешнему экрану, послушно наклонялся на ровно такой же угол, порождая таким образом удаляющийся винтовой коридор, изогнутый как штопор. Смотреть на это было приятно, но умом ничего особо удивительного я в этом не находил.

Неожиданным сюрпризом оказалось вот что: при некоторых углах наклона камеры вместо винтового коридора, размеченного дверными проемами, я наблюдал что-то вроде плоской спирали, напоминающей снимок галактики, сделанный через телескоп. Края этой спирали были сглаженными – округлые полосы света вместо зазубренных прямых линий (которые получались из-за углов экрана), и эта гладкость озадачивала меня; я не видел причин, по которым острые углы должны были сменяться на изящные округлости. Я также заметил, что в самом сердце «галактики» почти неизбежно оказывалась прекрасная круглая «черная дыра». (В более свежем видеопутешествии, к нашему с Биллом замешательству и огорчению, мы не смогли воспроизвести этот феномен «черной дыры», так что черных дыр на фотографиях из вставки вы не увидите.)

В какой-то момент сессии я случайно провел рукой перед объективом камеры. Экран, разумеется, потемнел, но, когда я убрал руку, предыдущий узор не возник на экране, как я того ожидал. Вместо этого я увидел на экране другой узор, который, в отличие от всего, что я успел увидеть раньше, не был неподвижен. Он пульсировал, как сердце! «Частота» его пульсации была около одного периода в секунду, и после каждого краткого «сердцебиения» фигуры перед моим взглядом подвергались значительным метаморфозам. Откуда же возникла эта загадочная периодическая пульсация, если ничего в комнате не двигалось?

Ох, виноват! Я только что написал очевидную ложь: кое-что в комнате как раз двигалось. Знаете что, дорогой читатель? Двигалась сама картинка. Этот ответ может показаться вам дурацким, банальным или даже нахальным, но вообще-то он попадает в точку, поскольку на этой картинке изображалась она сама (пусть и с небольшой задержкой). Достоверное изображение чего-то подвижного непременно тоже будет подвижным! В моем случае движение бесконечно порождало движение, поскольку я имел дело с зацикленной системой – с петлей. А исходным движением, запустившим процесс, – настоящей причиной – было движение моей руки, чьи видео-отклики теперь представляли собой видимый, стабильный и поддерживающий сам себя след в памяти системы!

Эта ситуация напомнила мне о другом зацикленном явлении, которое я называю «реверберирующий лай». Его можно услышать в кварталах, где живет много собак. Если кто-то пробежал мимо дома и спровоцировал лай собаки, соседские собаки могут подхватить лай и запустить цепную реакцию с участием дюжины собак. Вскоре этот праздник гавканья происходит уже сам по себе, в то время как ничего не подозревающий виновник торжества давным-давно покинул квартал. Если бы собаки были чуть больше похожи на роботов и им не надоедало бы по многу раз повторять одно и то же, их реверберирующий лай мог бы стать стабильным и поддерживающим самого себя следом, который оставила в памяти системы мимолетная пробежка по улице.

Динамически пульсирующие узоры, которые я повстречал во время видеопутешествия, совершенно отличались от незыблемых «статичных вселенных», которые я до этого наблюдал. Стабильная периодическая видеореверберация оказалась явлением странным и непредвиденным, с которой я случайно столкнулся, изучая потаенные возможности обратной видеосвязи.