Я – странная петля полностью

Даже сегодня, спустя столько лет, истоки этой пульсации по-прежнему мне не ясны и остаются загадкой; таким образом, получается, что это сопутствующее явление, иначе говоря эпифеномен, о котором шла речь в Главе 3. Если вкратце, сопутствующее явление каким-то довольно естественным и автоматическим образом возникает из жестких правил, царящих на более простых, более низких уровнях, но наблюдателю совершенно неясно, как именно оно возникает.

Признаюсь: не осознав до конца, что скрывается за видеореверберацией, я чувствую себя туповатым; но я уже так к ней привык, что «вижу в ней смысл». Это значит, что мне интуитивно понятно, как вызвать ее на экране, и я знаю, что, начавшись, это устойчивое явление будет, не угасая, продолжаться часами, если не вечно, до тех пор, пока я его не прерву. Вместо того чтобы разбираться, как в точности описать видеореверберацию в терминах более низкоуровневых явлений, я просто принял ее как факт и обращаюсь с ней как с явлением, которое существует на своем собственном уровне. Это должно звучать вам знакомо, поскольку именно так мы обращаемся почти со всем в нашем физическом и биологическом мире.

Как я заметил в начале, удачной деталью стэнфордской установки была как будто бы случайная блестящая полоска с одной стороны выданного мне телевизора. Эта полоска – тот еще возмутитель спокойствия – добавила необходимую перчинку в изображение, которое закручивалось и закручивалось и в этом смысле стала ключевым ингредиентом Видеопутешествия № 1.

Когда мы с Биллом совершали Видеопутешествие № 2, к нашему удивлению, случалось так, что моря, по которым мы ходили, были слишком уж безмятежными на наш вкус и нам хотелось больше действия, больше визуальных переживаний. Это напомнило мне о той «остроте», которую добавила металлическая полоска в Видеопутешествие № 1, так что забавы ради мы решили добавить что-нибудь аналогичное и в нашу систему. Я ходил по комнате, подбирал разные предметы и подвешивал их перед камерой, не имея ни малейшего представления, что получится, когда изображение свернется спиралью в видеопетле. И обычно завораживающие результаты, которые мы получали, были (опять же) совершенно непредвиденными. Например, когда я поднес к экрану бусы, на нем возник беспорядочный вихрь бело-голубых щербинок, напомнивший мне о каком-нибудь экзотическом сыре.

Разумеется, каждый предмет, вмешиваясь, открывал совершенно новую вселенную возможностей, поскольку мы могли менять его местоположение точно так же, как и стандартные переменные (силу увеличения, угол наклона, направление камеры, яркость, контраст и так далее). Я поэкспериментировал со стеклянной вазой, с компакт-диском и в итоге с собственной рукой. Как вы можете видеть на цветной вклейке, результаты были фантастическими, но, увы, время на исследование многочисленных обнаруженных вселенных, с которых мы брали пробы, у нас с Биллом было конечным. Мы часов двенадцать игрались с возможностями, составили памятный альбом на 400 фотографий, и на этом все. Как и любая другая экскурсия в удивительное экзотическое место, наше путешествие закончилось раньше, чем нам бы того хотелось, но мы были счастливы, что предприняли его и насладились им вместе.

Как и ожидалось, все неожиданные явления, которые я наблюдал, были обусловлены тем, что вложенность экранов была (в теории) бесконечной – то есть случалось, когда коридор выглядел бесконечным, а не усеченным. Потому что самые непредсказуемые явления всегда случались в окрестности центральной точки, магической точки, в которую сходилась бесконечная последовательность.

Мои исследования не показали, что любая фигура может возникнуть как результат обратной видеосвязи, но они показали, что я очутился во вселенной куда больших возможностей, чем ожидал. Сегодня это визуальное богатство напоминает мне об удивительной визуальной вселенной, открытой около 1980 года математиком Бенуа Мандельбротом, когда он изучал свойства простых итераций, определенных как z → z² + c, где c – это фиксированное комплексное число, а z – это комплексная переменная, изначально равная 0. Это математическая петля обратной связи, в которую поступает одно значение z, а другое оказывается «на выходе», готовое снова быть поданным «на вход», точно так же, как в случае обратной видео– и аудиосвязи. Главный вопрос таков: если вы, играя роль микрофона и колонки (или камеры и телевизора), будете проделывать это снова и снова, будут ли значения z расти неограниченно, отправляясь в голубые (или желтые, или красные) дали, или вместо этого они установятся на каком-то конечном значении?