Тот в это время обедал, устроившись за большим столом со своими советниками. Еды было столько, что не получалось все рассмотреть. Велемир и не пытался: только зацепился взглядом за подпеченные до румяного блеска птичьи ножки, как почувствовал голодные спазмы в желудке.
Сесть ему отец не предложил, хотя Дмитр с Альмой и ее свахой сидели по правую руку и уже вовсю расправлялись с той самой птицей, блинчиками, овощами и морсом. Темным, насыщенным, как рубин. Из северных ягод наверняка делали, а потом охлаждали, даром что кувшины с ним стояли запотевшие и манящие.
Видимо, хотелось Велемиру не только есть, но и пить.
Но просить отца об этом не стал, самоуважение дороже, только всучил листы. Отец постоянно пилил, чтобы приносил их сразу же, а то и заполнял в походах, вот пусть и читает.
Ратмир действительно не отмахнулся, разложил бумаги на столе, и вчитался, не забывая по одному таскать с тарелки куски нежного, томленого с овощами мяса.
Велемир сглотнул и тут же почувствовал на себе издевательский взгляд Дмитра. Ну да, братец поймал его за минутной слабостью и теперь светится торжеством. Мол, ты же и сам видишь, братец, что лишний здесь. Иди сторожи двор, как и положено прилежной псине, а хозяева пока закончат обед. Может, и тебе кость бросят, если покажешь, что заслужил. Пока же терпи и не скули.
– Значит, двести сребров за кафтан? – с недовольством прочитал Ратмир. – А со старым что же случилось?
– Истрепался, – ровно ответил Велимир, не отводя взгляда. Хотя тут не понять, из упрямства или мыслей, что если взгляд тот скользнет вниз, то непременно наткнется на ту самую зажаристую птицу, что была не иначе как гусем, на исходящий паром картофель с зеленью, на овощи, на стопку румяных блинчиков, на нагло свернувшуюся кольцом рыбу…
Вот поел бы вместо болтовни в Василисой – не страдал бы сейчас так и не захлебывался голодной слюной. Хотя Василиса она такая, ради нее стоит пострадать.
– Пора бы и самому зарабатывать, братец, – с холодной усмешкой отозвался Дмитр.
Все верно, только где? Это ж такой позор для всех: царевич в простых наемниках! Скажут, совсем дела у Тридевятого плохи, если один из наследников по волостям околачивается и торгуется за головы убитой нечисти.
Это-то и злило. С одной стороны, вроде и нет никого в их царстве выше, один отец, с другой – и тот давит, точно плита каменная, а еще – связывает по рукам и ногам.
Дмитр и сам это знал, потому и старался укусить побольнее, но раз Велемировы средства против старшенького не работали, он решил взять укушуевское.
– Как ты, в Северном, что ли? – он приподнял брови, а головой едва заметно кивнул на Альму.
Мол, да, братец, я-то может и не любимчик у отца, однако родное царство не продавал. Так вдруг окажется, что преданный пес дороже прикормленного другими сокола?
– На что намекаешь? – Дмитр обозлился и начал вставать, но отец тут же хлопнул рукой по столу.
– Сядь! А ты, – кивок в сторону Велемира, – не болтай попусту. Получишь свои сребры.
– И столько сверху, сколько Дмитр каждую луну на расходы имеет, – отозвался Велемир и подался вперед. Не иначе как от Любаши заразился, скоро тоже начнет всем лютни и кафтаны всучивать.
Он ждал, что царь возмутится или станет кричать, но на деле, просто махнул рукой, давая согласие.
– Говорят, другая невеста у тебя была, принцесса Элейна из Зеленого. Так что же, сорвалась помолвка? – спрашивал царь вроде спокойно, но все равно в голосе его слышалась скрытая издевка.
– Ветренница Элейна, куда нам такая царица? – самодовольно ухмыльнулся Велемир и на этом вышел, прихватив кувшин с тем самым морсом.
Оставишь в одиночестве, даже сделал глоток и чуть не выплюнул все на пол. Ягод туда действительно не пожалели, а вот меда или другой сладости – еще как. Морс оказался таким кислым, что челюсти сводило. Но Велемир стойко проглотил и двинулся дальше, к кухне, чтобы там разжиться обедом.
Поел он в спальне, потом, приказал служанкам убрать весь беспорядок и сменить белье, а заодно – и матрас с подушкой. Причины, по котором те оказались выпотрошены, он не стал озвучивать. Хотя новые проверил с прежней тщательностью, только что портить не стал.
Стоило привести все в порядок, как в дверь постучали.
Велемир потянул носом, вдыхая запах дорого старшего братца, скривился от недовольства и только тогда буркнул, что не заперто.
Дмитр сразу же появился на пороге и брезгливо дернул углом рта. Но думами делиться не стал, прикусил язык и вошел внутрь. Сесть ему Велемир не предложил, да особо и некуда: на единственном стуле сидел сам, а усаживать братца на кровать – много чести.
– Зачем пришел? – спросил без особого почтения.
– Сказать, что рад тебя видеть, – криво ухмыльнулся Дмитр, обошел комнату и устроился на подоконнике, как раз напротив Велемира. – Молодец, что собрался и приехал. Отметился, показал невесту, помотал мне нервы. Но хорошего понемногу: собирайся и проваливай из Лукоморья.
– С чего бы? – Велемир вытащил из корзины яблоко и надкусил его, еще и откинулся на стуле, чтобы удобнее было сидеть.