– Нужен ли Тридевятому царь, который все указы выполняет слепо? Или бы лучше подошел тот, который сам думать умеет? А за корону мы с любимым пусть и боремся, – тут она подошла к Иваниру и взяла его за руку, – но честно. Без обмана и лживых уличений.
На это Любаша только фыркнула, а еще – скрестила руки на груди, как знак, что вины за собой не чувствует. Она бы и Альму в чем уличила, только принцесса повода не давала.
– Вон подите, – махнул рукой Ратмир, намекая, что на сегодня прием окончен.
Новых заданий царь не выдал, как и не назначил новой встречи, но расслабляться не стоило. Кто его знает, что еще придет царю в голову. Иванна с Иваниром тут же раскланялись и вышли первыми, Велемир задержался подле отца, а я медленно поплелась к выходу, в окружении придворных.
Сама не знаю как, но рядом снова оказался Дмитр, хватать больше не стал, пристроился рядом, точно друг мой ближайший.
– Разузнала что для меня? – без предисловий спросил он.
На это я смерила его взглядом и попыталась отойти подальше, только в узком коридоре да среди толпы оно оказалось непросто. Царевич же прилип репьем и все шел рядом.
– Что такого в этом барде? Скажи лучше, ты меня еще не знаешь, просто так не отстану!
– Нехорошо к чужим невестам приставать, когда своя под боком. И ее молот, – не удержалась я от подколки.
– Это Велемир, беспечная душа, еще не знает, кто
– Ой, да иди разболтай уже, не то лопнешь от нетерпения, – огрызнулась я.
А старший царевич все же поймал меня за руку и затолкал в ответвление коридора, где кроме нас никого не было.
– И угомонись уже насчет Инея, – продолжила я, выглядывая, куда в случае чего буду бежать. – Считай, что Велемир его специально притащил про тебя стишки сочинять. А те хоть и единообразны в образах и смыслах, зато народу нравятся. Глазом моргнуть не успеешь, как все Лукоморье только о тебе петь будет.
– Что мне с тех песен? Должна быть еще причина!
Он снова приблизился ко мне, сжал кулаки, но вдруг сам оказался спиной у стены, а ворот его рубашки сжимал злой Велемир.
– Меня не достал, так мою невесту стращать решил? А?
Мой царевич тут же ощерился и по волчьи блеснул глазами. И зубы его в этом оскале становились все острей и длинней, а вокруг старшенького уже клубилась магия. Сцепятся же – половину дворца разнесут!
Надо как-то разнять их, но как? Чаркой вина или песней не отвлечешь, как я раньше на свадьбах делала. Магией если только шарахнуть. Или погодить? Вдруг сами образумятся?
– Я бы тебя и не трогал, не вцепись ты в отцовский трон, который тебе и даром не нужен. Или, скажешь, готов в столице сидеть и в бумагах разбираться или жалобы от торговцев выслушивать? – Дмитр попытался стряхнуть руки Велемира, но не вышло.
– Не твое дело. Просто не трогай ни меня, ни мою невесту, ни моих друзей!
– А то что? – Дмитр набычился.
– Укушу тебя, – внезапно ответил Велемир и недобро ухмыльнулся. – Будет два цепных пса в семье, отцу с Иваниром на радость.
На это старший царевич побледнел и отшатнулся от брата, а Велемир улыбнулся еще шире и отпустил его, затем неспешно подошел ко мне и подставил локоть, за который я тут же уцепилась. Ох, вот так и поверю Инею, что Велемир в этой семье еще самый адекватный.
Он все увереннее вел меня, увлекая подальше от толпы и своих дорогих братцев. Любаша и Иней, где-то отстали, но я за них не тревожилась, наверняка найдут, чем развлечься. В конце концов, не про всех еще песни спеты, не все еще в фуксию обряжены.
Да и я устала после всего, не отказалась бы быстрее в постели оказаться. И если Велимиру неймется, пусть снова на диване устраивается, мне не в тягость.
– Отчего Дмитр так испугался? – спросила я. – Волкодлачий яд можно вывести. Тем более мы не в глуши, а посреди Лукоморья, где колдунов и чародеев пруд пруди.
– Так я же и сам колдун, – пожал плечами Велемир. – Вдруг наворожу чего, яд и задержится. А для Дмитра это хуже, чем глаза лишиться.
Я покачала головой.
– Надолго его страха не хватит, но не станет же отец нас тут вечность держать, – продолжил царевич. – Ему и самому надоест.
– По-моему, его веселье в самом разгаре, – осторожно ответила я. – Дмитр бесится, что короной под носом крутят, а в руки не дают. Ты – оттого, что будто ненужный в семье и поручения получаешь самые недостойные. Иванир… Вот насчет него не знаю, может быть ему тоже трон отцовский грезится. А царь наблюдает за вами, как за петухами в одном загоне, изредка еще палкой потыкивает, чтобы дрались яростнее да перья летели дальше.
В этот раз была очередь Велемира молчать, видимо, о чем-то таком он и сам думал. Просто пока от себя отбрасывал, чтобы уж совсем в родителе не разочаровываться.
– Но ты все равно пока поберегись, – произнес он тихо. – Ничего не ешь, никуда не ходи. Наверняка Альма с Дмитром в сговоре, поэтому и опоили тебя вчера.