– Не думаю, – доктор улыбнулся шире, – все же он снова повторил это торжество, так что это говорит о силе переживаний, а не об их характере.
– Знаете, ведь с уходом от жены у Саши было много неприятных моментов, так что я теперь все поняла, меня не нужно успокаивать.
– Я и не успокаиваю, как врачу, мне это совершенно нормально – потеря памяти от одной до другой аварии, но как человек, я негодую и очень хочу, чтобы он вспомнил о тебе, ты этого заслуживаешь.
После нашего разговора я меньше стала верить в то, что Кот вспомнит меня, скажу больше – я придумала себе верное средство – надо жить так, будто ничего не было, возможно, тогда станет легче. Но легче не стало. Единственное, от чего я избавилась, так это от жалости к себе. Я не брошенная и униженная, просто отношения закончились, так бывает. И неважно, что это произошло, когда мы обещали любить вечно, об этом мне лучше забыть.
В мою дверь тихонько постучали. Уверенная, что это Полина, я прошептала, чтобы она входила.
– Не спится? – завернутый в теплое одеяло, на пороге стоял Максим. Я тут же натянула на себя покрывало, ведь одежды для сна у меня с собой не было.
– Да, откуда ты узнал? – я села к нему лицом, укрывшись еще и таким же, как у него, одеялом.
– Слышно, как кто-то ворочается уже второй час подряд, – он сел на край кровати.
– Я просто, – мне нужно было придумать себе оправдание.
– Тш, – он коснулся пальцем моих губ.
– Максим, – теперь я хотела остановить его, потому что движения, которые он делал, слова, тон, с которым он говорил, в полумраке комнате были пропитаны сплошь интимностью.
– Все в порядке, давай просто поспим вместе, – он уже лег рядом, прижав мою спину к своей груди и накрыл нас третьим одеялом, которое мне принесла Полина, на случай, если я замерзну, – я уже тысячу лет не засыпал под твое сопение.
– Что, какое сопение? – я хотела обернуться, но он мне не дал.
– Ты всегда нервно сопишь, в тот момент, когда засыпаешь, а потом дыхание становится ровным, как у нормального человека, – он подул мне в ухо.
– Нервное сопение – это что-то новенькое, – я рассмеялась.
– Это действительно смешно, поначалу, а потом привыкаешь, – он поцеловал меня в макушку.
– Ты мне никогда не рассказывал, – мне хотелось видеть его лицо, но сегодня он вел игру по своим правилам.
– Потому что не думал, что это так важно, но без этого, как оказалось, не всегда засыпаешь, хватит уже болтать, иначе я так и не дождусь сопящего ангелочка, – он придавил меня к подушке, так, что я испугалась.
– Хорошо, спокойной ночи, – мне удалось высвободиться от его хватки и обернуться, в темноте, конечно, я не увидела лица, но все же я посмотрела на его очертание – он рядом. Максим слушал, как я засыпаю – приятно, что не я одна следила за спящим Котом. Максим всегда был романтиком, но эта откровенность выбила меня из колеи – до чего же он меня любит! Или любил, хотя, судя по его отношению ко мне и невероятному терпению – не все еще потеряно, он остается моим Максимом. Я не одна.
Проснулась я, когда услышала голоса снизу – брат и сестра о чем-то спорили. Все, как обычно, хотя не совсем – я спала рядом с Максимом, это было приятным воспоминанием из прошлого, которое вдруг повторилось сегодняшней ночью. Завтра 14 февраля, день целующихся парочек в кино, парней с букетами в руках и девушек с плюшевыми медведями. Нет, это точно не мой праздник, по крайней мере, пока я к этому не готова.
Я все утро то и дело посматривала на Полину, но, кажется, брат ей ничего не рассказал. Мне и самой не нужно было затрагивать этой темы, но, едва мы сели в машину, любопытство взяло верх.
– Нет, не хочу, чтобы она в этот раз все знала.
Ясно. Максим, когда мы первый раз с ним встречались, делился всем с сестрой, отчего это был роман на троих, возможно, советчики в этом деле лишние, поэтому мы и расстались. Хотя я не думаю, что Поля была здесь лишней. Итак, я уже считаю, в какой раз мы с Максимом встречаемся. Нет, конечно, это был один и единственный раз. И это больше не повторится. Но ведь он сказал «в этот раз». Значит, повторяется. И я даже не пытаюсь этому сопротивляться. Как всегда, мы поехали на репетицию их коллектива. Максим, как обычно, открыл передо мной двери, помог снять парку, улыбнулся своей кривоватой улыбкой – вот только сегодня все это воспринималось мною иначе. За окном смеркалось, все уже решили собираться домой, как в дверях появился он. Кот. В черном пальто, черном свитере и черных кожаных штанах – будто хотел напугать нас в полумраке коридора студии.
– Здорово! – он быстро зашагал к ребятам, не обращая внимания на меня. Я поспешила уйти, прихватив с собой белую парку и светло-желтые шапку с шарфом. Даже наша одежда была совершенно противоположных цветов.
