– Если так уж хочешь, могу написать тебе обо всем. Получится небольшой, но вполне себе интересный роман, – я улыбнулась, – мы провели вместе столько ночей, что сосчитать их хватит пальцев одной руки. И это было действительно нереально. Да, так и получилось, что все развеялось, будто сон.
В том, что он вернется к жене, я уже не сомневалась. Так зачем мне сейчас рассказывать об истории в нашей студии – если она готова жить с ним и дальше, пускай это будет ее тайной. А она, безусловно, примет его. Такого, как Саша, прощают тысячи раз. Но если бы я была на ее месте, то не смогла бы забыть измену. Мне никогда не быть на ее месте, поэтому и рассуждать о несбыточном не стоит.
– Мне жаль, – он протянул руку ко мне. Я сидела на краю кровати, но так и не решалась коснуться его. Я также протягивала ему руку во время разговора в номере, в нашем номере.
– И все же это было, хотя бы для меня, – я быстро сжимаю его руку и встаю, кажется, что-то изменилось в его взгляде, но нет, я больше не могу быть незнакомкой в обществе любимого.
Мы с Полиной, Максимом и Анатолем пошли в бар и напились до чертиков. Точнее, они хотели напоить меня, но за компанию перебрали все. Решено было не отпускать меня в ту квартиру, где я жила, поэтому мне сняли еще один номер, по соседству с Максимом. Тот, провожая меня до двери, сказал: «Хотел бы я, чтобы и мне кто-нибудь спел эти «Небеса» будь они неладны». Я снова разрыдалась, но пообещала себе больше этого не делать – чего плакать, когда Саша жив, здоров, доктора, наконец, поняли, что случилось с его памятью. А то, что мы не вместе, так это как закон космоса – у ярких звезд с простыми планетами орбиты не пересекаются.
На какое число брать билеты – этим вопросом меня мучил Максим. Я все хотела пожить здесь чуть-чуть, все надеялась, что Саша вспомнит хоть что-нибудь после того августовского дня. Но ролик, который сняла его жена специально для фанатов Кота, меня окончательно убедил в скорейшем возвращении домой. На следующий день после нашего с ним разговора приехала Алиса и сняла на камеру мобильного, как счастливый Саша бросается к ней на встречу и нежно целует в нос. Ее комментарий сообщал, что «Кот помнит всех близких людей, не слушайте сплетен и слухов, надеюсь, больше ни у кого не возникнет лишних вопросов».
Я вернулась домой. Встретила Новый год с родителями, в родном городе. А в середине января перебралась в свою московскую квартиру. Я устаканила все мысли в голове и можно было продолжать жить. Вот только я больше не писала. Совсем. Ни одной строчки, ни одной идеи в голове. Может, этот дар был послан мне, чтобы благодаря ему я могла пересечься с жизнью Кота. Возможно. Но что делать теперь – я не могла себе представить. Мне уже двадцать лет, день рождения я встретила в Польше, не буду вспоминать, при каких обстоятельствах. Одноклассники скоро оканчивают институты, а моя карьера писателя идет ко дну. Я же не Пушкин, чтобы меня читали столетиями, так что нужно срочно искать свое место в жизни.
Кот уехал с женой отдыхать на какие-то острова в океане, однако репетиции его группы не прекращались, поэтому я частенько ходила слушать (как считал Максим) и смотреть на самого лучшего барабанщика. Полина же совсем отменила концерты, она забеременела, срок был небольшой, но ей не хотелось ездить по городам и странам, она твердо решила сидеть дома и варить борщи Анатолю.
Однажды мы разговаривали с ребятами об аварии, и я их спросила, не случайно ли за такой короткий срок Кот во второй раз попадает в аварию, не могут ли это быть проделки конкурентов, ведь его все разрастающаяся слава на мировом уровне не может оставлять всех равнодушными. Парни дали мне понять, что об этом мне не стоит даже думать, потому что если это так, то лучше сидеть тихо и радоваться счастливому исходу.
– Ему может снова грозить опасность! – я не унималась.
Тогда Максим отвел меня в сторону и объяснил, что Кот больше не собирается выступать, он принял это решение, как только вернулся в Москву, в конце декабря. Его продюсер ищет ему замену, а он сам хочет стать актером и уже подписал несколько контрактов в Америке.
