Я стал жадно целовать её тело, терзая и лаская. Она сжала бёдра. Поздно, малышка. Протолкнув колено меж сведённых ног, раздвинул их. Она прохныкала и попросила: «Пожалуйста». Нет, оленёнок, придется потерпеть до согласия. Пальцы устремились к её промежности. Она была возбуждена. Горошинка клитора была уже набухшей и просила ласк. Пальцем стал кружить вокруг напряжённой мышцы. Стон. Её стон, который сносил мне крышу. Ну уж нет. Я проник в неё пальцем. Она закусила нижнюю губу. Как же узко внутри. Узко одному пальцу, что будет с ней, когда я проникну в неё? Я порву её. Растерзаю. Нельзя такого допустить. Я хочу провести с ней вечность и, если её первый опыт станет болезненным, я никогда себе этого не прощу.
Не торопясь, медленно стал толкаться, пробираясь к сокровенному. Палец встречал преграду, чтобы она не чувствовала боль, я согнул его, массажируя стенки её влагалища. Талия выгнулась от удовольствия. Я хотел её, сильно, как ни одну женщину… девушку в мироздании. Язык коснулся клитора…
— Ба-а-а…с… тиан! — до слуха донеслись её протяжные всхлипы перемешанные с прерывистым дыханием.
Меня трясло. Адреналин бил в крови свой сумасшедший ритм.
Нельзя!
Талия стонала. Я добавил второй палец, растягивая её, и она взвыла от наслаждения, сминая руками простынь и ёрзая подо мной. Ладонью я пригвоздил её к постели, если она начнёт метаться, не желая этого, я могу причинить ей боль. Самому мне хотелось сдохнуть. Член пульсировал и просил разрядки. Голова трещала, как и моя выдержка, по швам. Разряды, что летели в мой мозг, мерцали звёздами перед глазами. Я смотрел, как закатываются её глаза, как её бьет от наслаждения в конвульсиях. Я чувствовал, как она сжимала мышцами мои пальцы, и больше всего на свете хотел оказаться в ней. Нельзя. Она взвизгнула и обмякла, хватая ртом воздух. Вот сейчас я очень хотел удариться головой об стену. Чтобы отключиться и не слышать её тяжёлое дыхание.
— Я… я… по… помогу, — прошептала, задыхаясь, Талия.
Её ладошка потянулась ко мне. Ноготками царапнув живот, она спустилась к члену.
— Как? Я знаю только по книгам.
Что я сделал такого в своей жизни, идя через убийства, пытки и вырывание душ, чтобы сейчас в моих руках, что были по локоть в крови, я держал такое счастье?
Как? Я показал, и она была прекрасным учеником. Мягкие горячие ладошки обвили мой член. Двигались в нужном темпе и сжимали с нужной силой. Она смотрела на меня, не отрывая взора, её синие омуты уносили меня на дно океана, под толщу воды. Я кончил. Изливаясь на неё. На лицо, на груди и в ладони. Она просто рухнула на кровать. Уставшая и изнеможённая. Под руку попало мокрое полотенце, что я сорвал с неё. Аккуратно стёр с её тела сперму, выкинув полотенце, свалился обессиленный на кровать, притягивая Талию поближе к себе. Последний вдох, запах сирени, я накрыл нас двоих одеялом и отключился.
За окном уже рассвело. Давно я так поздно не просыпался. Талия уткнула холодный носик мне в плечо. Выругавшись про себя, что не развёл камин на ночь, я аккуратно высвободился из объятий, хотя этого хотелось меньше всего. Искупавшись, направился в зал, где меня ждали всадники и Малакай. У колдуна хищно блестели глаза.
— Не собираюсь с тобой это обсуждать.
— И это я зануда?
* * *
Замок сотрясался от стонов и криков. Талия сидела рядом со мной, и у неё горели щеки и уши. Она читала вслух стихи эльфов. За такой короткий срок она многое выучила. Я взялся обучать её древнему наречию, но, видимо, не сегодня.
В комнату влетела сфера, и голос Малакая оповестил нас, чтобы мы не вздумали глушить звуки жизни.
— Я не могу сосредоточиться, Бастиан, — пожаловалась Талия.
Признаться честно, я тоже. Поэтому предложил ей прогуляться в другой мир.
— Куда бы ты хотела отправиться?
Её глаза распахнулись, и аккуратные брови взлетели вверх.
— Я не знаю, я никогда не путешествовала, тем более в другие миры.
Взгляд упал на стол, где лежал открытый том стихов на эльфийском.
Достав из шкафа гофод, я провернул диски и ввёл нужные координаты мира. Направив внутрь портала послание о нашем вторжении, предложил раскрытую ладонь Талии. Она же обхватила всю мою руку и блестящими от предвкушения по-детски счастливыми глазами, решила уточнить, куда мы отправляемся.
— Остров вечной юности, Тир-на-ног.
* * *
Стоя в покоях Короля, Малакай и я были словно юные мальчишки в предвкушении первого поцелуя. Когда из-за двери показался брат, внутри меня взорвались праздничные фейерверки. Миллениум минул с тех пор, как я видел такой цвет бирюзы, и пусть мерцал только один глаз, но насыщенность цвета поражала. Я, оказывается, уже и забыл, как это было.
Мы праздновали. Орион призвал бочонки, что подарили ещё сами гномы тысячу лет назад. Он поднялся и задал девушкам вопрос. Сердце сжалось и улетело на дно острова.
— Согласна!
Талия ответила, не задумываясь. Я поцеловал её тонкое запястье и сказал, что люблю её. Влюбился с первого взгляда, ещё там, на площади в мире людей, и теперь у нас есть будущее.
