— В общем, дела сложились так, что Небесам известно, что принцесса подземелий жива и здравствует.
Я перевела взгляд с Малакая на Ориона.
— У тебя есть сестра?
Складка залегла между бровей принца, и он нахмурил нос.
— Нет, это он про меня.
Орион отстранил меня от себя. Его лицо было серьёзным. Легкие морщинки коснулись глаз.
— Послушай, любовь моя, ради твоей безопасности следующие две недели ты должна оставаться в Серебряном городе и ни в коем случае его не покидать. Не привлекай к себе внимание и старайся меньше попадаться Верховному архангелу на глаза.
Его губы коснулись моих, но поцелуем это было сложно назвать, так, мазнули кистью по холсту.
— Орион, генералы собираются в тронном зале, — с нетерпением в голосе подгонял Малакай.
Принц провёл пальцами по моим скулам и поцеловал в лоб.
— Сначала ты. Перемещайся домой, судьба моя.
Я вытащила из сумочки кристаллик и сжала в руке.
* * *
Не успела зайти в ворота города, как удар колокола оповестил о всеобщем собрании. Жители облаков двинулись в Небесное Святилище.
Во главе стола восседал Иордин, подле него было пустое пространство. Видимо, архангелы решили отсесть, от греха подальше, от Верховного. Когда зал был полон, Митралия поднялся со стула.
— Наследник Ада жив!
По залу пошёл шёпот. Моё сердце рухнуло вниз, а вот паника, наоборот, начала подниматься из глубин сознания. Что вещал архангел, я не слышала, мою душу сковал такой страх, что я не дышала. Страх за того, кого только что обрела, кого полюбила всем сердцем и душой.
«Орион, будь осторожен».
В небесной кузнице снова разожгли священный огонь. Удары молотов и запах раскалённого железа разносились в городе над облаками.
Неужели снова будет битва?
Как и обещала Ориону, я старалась не попадаться Иордину на глаза, хотя Верховному архангелу не было до меня ни дела, ни времени. Архангелы заседали за закрытыми золотыми дверями в Небесном Святилище. Иногда к ним заходили разведчики. Я с замиранием сердца сидела в тени вековых дубов и молилась, чтобы не было новостей. И когда ищейки покидали Святилище с каменными лицами, выдыхала.
Минула неделя. Мне становилось невыносимо в Серебряном городе. Меня душила атмосфера этого места. Мне хотелось жить, я хотела Ориона. Чтобы успокоиться и чем-то себя занять, я пошла в библиотеку. На мою удачу, сегодня смотрителем была Бальза.
— Ещё что-то есть в библиотеке, что ты не читала? — усмехнулась хранительница знаний.
— О да, я не могу найти легенду о единорогах.
Бальза подавилась чаем.
— Легенда о предназначенных пылится в хранилищах архангелов.
Вот как. Наверное, неспроста. Мне оставалось только тяжело выдохнуть.
— Есть ещё, что бы ты хотела прочитать?
— Да, мне нужна вся информация, как вырастить цветы и деревья в непригодных для жизни местах.
Бальза схватилась за переносицу.
— Ты меня так крыльев лишишь, девочка! Ох-хох, пошли со мной.
Бальза вела коридорами из бесчисленного количества стеллажей.
На руки мне ложились фолианты и пергаменты. Руки потихоньку начали трястись от поклажи.
— Это последний, — плюхнула она на скопившуюся гору литературы последний фолиант.
Я крякнула от тяжести.
— И ещё, Фрея любила гортензии.
С этими словами она развернулась и пошла к своей стойке. Я не задавала ей вопросов, откуда у неё такая проницательность и почему она ещё не рассказала всё архангелам. Я просто была счастлива, что на Небесах у меня есть кто-то, к кому я могу обратиться за помощью.
Я сидела, уткнувшись в книги, как рядом со мной зашелестела мантия.
— Первые семена в новых землях?
Голос Иордина застал меня врасплох.
— Здравствуйте, Верховный!
Его глаза слегка расширились в порыве удивления, доля секунды, и снова маска легла на безупречное, красивое лицо. Я ведь никогда не замечала, что Иордин хорош собой. Карие, словно горячий шоколад, тягучий и вязкий, глаза. Длинные снежные волосы обрамляли лицо с высокими скулами. Высокий, широкоплечий, пухлые губы, нос с горбинкой и холодная, королевская отрешённость. И ещё — я никогда не звала его «Верховный».
Движения плавные, завораживающие, словно змей, гипнотизирующий перед прыжком. Он провёл рукой по корешкам книг и пергаментов, и его взор обратился ко мне.
— Я подумала, что могла бы попробовать вырастить деревья, что плодоносили бы круглый год, в храме Ойлистрей.
Архангел молчал.
— Зимой в мире людей очень холодно, а фруктовые деревья значительно бы подняли иммунитет людей.
Я врала… частично.
Архангел молчал.
Где-то внутри паника, как взлетающая птица, начала расправлять крылья. В моём сознании уже всплывали образы, как мне отрывают крылья.
— Благородно.
Он ещё раз посмотрел на меня и, развернувшись, пошёл в сторону секции архангелов.
Мне потребовалось несколько глубоких вдохов, ведь я не дышала, когда обманывала Иордина. Но я так и не успокоилась. Всё время смотрела по сторонам. Я просидела до закрытия. Книги оставила на столе с запиской «Завтра вернусь» и пошла прогуливаться в сады. На небосводе горели звёзды. Я нашла самое яркое созвездие и молилась, чтобы обладатель его имени был невредим. Хотелось выть на Луну.
