У меня даже пульс учащается от негодования. Эти две мадам так уверены, что им все сойдет с рук? Неужели реально думали, что отец об этом не узнает? Просто запредельный уровень наглости. Распустил их папка, ох распустил, раз считают, что могут вытворять, что в голову взбредет.
— Ну как же? Разве твоя жена тебе не сказала, что Оленька вчера вечером попала в аварию? — прижимаю руку к сердцу.
— Глупости, — папа в полнейшем недоумении, — я бы знал.
— Тетя Лена при всех это сказала и даже Влада за ней отправила, — качаю головой с деланным сожалением, — как странно, что тебе не сказали. Может, решили, что тебя это не касается?
— Как это не касается? — моментально вскипает он, — моя дочь попадает в аварию, а я об этом узнаю последним!
— Странно, да? — подливаю масла, — такие недоговорки в семье…как можно? Я не ожидала такого от Оленьки, а уж от тети Лены и подавно. Даже обидно за тебя.
Наверное, это некрасиво — провоцировать отца на конфликт, но мне уже плевать. Меня вечно провоцируют, вечно пытаются задвинуть, пора кусать в ответ.
— Ладно. Пап, не расстраивайся. Ну соврали и соврали, да? Что такого? Главное, что у Оленьки все в порядке.
— Что такого? — у него багровеют щеки, — извини, Ясь. Мне пора. Я должен кое-что прояснить.
Да-да, проясни. Пусть твои ненаглядные «девочки» тоже понервничают.
Однако в скором времени выяснилось, что-то из-за одной из этих девочек придется нервничать мне самой.
Когда я снова направилась на разведку к кабинету своего начальника, из-за двери донесся знакомый, капризный голос:
— Влад, ну пожалуйста. Там все будут с мужьями, а я одна и вечно вру, что ты занят.
— Не ври. Скажи, что мне плевать на ваши сборища.
— Это все из-за Ярославы, да? Как она вернулась, тебя словно подменили. Не общаешься, со мной, — обиженно тянет она, — никуда с собой не берешь. Совсем про меня забыл. Когда мы с тобой куда-то ходили? Я соскучилась.
Я сжимаю кулаки настолько сильно, что когти впиваются в ладони. Послушать Ольгу — так раньше они были просто не разлей вода.
Я не настолько наивна и легковерна, чтобы принимать ее слова за чистую монету, и изводить себя по этому поводу сомнениями, но что-то внутри они все-таки задевают. Мне неприятно, я как и прежде ревную, а желание поговорить с Владом сходит на нет. Только ускользнуть мне не удается, потому что, сделав буквально два шага, я снова нарываюсь на отца.
— Ярослава, — он улыбается, и сколько я в него не всматриваюсь, мне не удается найти каких-нибудь признаков раздражения.
Понятно. Тетя Лена наплела чего-то, чтобы задобрить его, и папа, как всегда, послушал.
— Все в порядке. Авария была маленькой, только фара треснула, а мне не сказали, чтобы не волновать меня лишний раз по пустякам.
— Очень хорошо, — ободряюще сжимаю его руку, — я так рада, что все прояснилось…а то всю ночь не спала, переживала.
— Не стоило. Все хорошо. Что ты тут, кстати, делаешь?
— Да вот, хотела с Владом по поводу контрактов переговорить, а у него там…жена.
— Оленька пришла? Очень удачно. Идем, вы мне обе нужны.
О нет, я даже догадываюсь, что сейчас будет — очередной миротворческий акт. Хочу сбежать, но отец хватает меня за руку и тащит в кабинет Влада:
— Тук, тук, тук, — говорит вместо стука и распахивает дверь, — а вот и мы!
Влад хмурится, Ольга недовольно поджимает губы и принципиально делает вид, что я невидимка.
— Как хорошо, что все в сборе. Мы с Леночкой посовещались и решили сегодня пригласить вас всех на ужин. Посидим, пообщаемся.
Что задумала эта старая лиса? У меня нет желания это выяснять. Ничего приятного на таком вечере меня не ждет, поэтому хочу отказаться. Даже рот уже открываю, но меня опережает Швецов.
— Спасибо за приглашение, но я не приду. У меня важная встреча.
— Где, когда? — тут же влезает сестра.
— В пять, в Арлекине, — говорит он, глядя на меня в упор. — Так что извините, вам придется развлекаться без меня.
— Влад! — Ольга возмущенно складывает руки на груди, — ты должен придти. Тебя папа приглашает.
— Простите, — я отступаю к двери, — на меня тоже можете не рассчитывать. Я не приду. Настроения нет.
— Ну как же, Ярослава! Тетя Лена обидится.
— Ничего. Я ей потом пряник сахарный подарю. Даже два. А сейчас извините, мне пора. Работа.
И я сбегаю. Иду к себе словно пьяная, а в ушах гремят слова Влада: в пять, в Арлекине. Почему мне кажется, что эта фраза была адресована именно мне?
***
Некоторое время спустя я начинаю давиться сомнениями. Вдруг мне все-таки показалось? Вдруг я сама придумала, что те слова Влада были адресованы мне?
Глупо, да?
Может, позвонить и уточнить, что он имел в виду? Еще глупее.
В общем, я решаю забить. Просто перевернуть страницу и больше не мучатся этим вопросом. Что он там говорил, зачем…какая разница? Все равно никуда с ним не пойду.
Так я думаю до половины пятого, а потом срываюсь с места. Переодеваться и наводить красоту уже некогда, да и смысла нет. У нас с ним не свидание, а просто встреча, чтобы…Чтобы что? Я не знаю, но мне надо встретится с ним. Просто жизненно необходимо.
