— Я не буду тебя в этом ограничивать. Если хочешь работать — работай. Расти, развивайся, у тебя все получится.
Я смотрю на него, не в силах проглотить ком, который встал попрек горла и мешает нормально дышать.
— Спасибо. Для меня было важно услышать эти слова.
— А для меня важно забрать тебя к себе. Чтобы дом, наконец, перестал быть тем местом, которое нужно только для того, чтобы переночевать и переодеться.
У меня больше нет сил сопротивляться. Я соглашаюсь.
Просто киваю, глядя ему в глаза. Швецов даже не улыбается. Просто берет меня за руку и ведет с набережной на парковку.
Мы едем к нему. Я пока не знаю, что там будет, не знаю, как себя вести, но задыхаюсь от желания оказаться в том месте, где когда-то была счастлива и попробовать снова.
***
Невозможно передать словами те ощущения, которые накатывают на меня, когда я переступаю через порог квартиры Влада. Меня начинает трясти, а ноги и вовсе прирастают к полу.
— Что стоишь, как дикая? — спрашивает Швецов, ненавязчиво так подталкивая меня вперед, подальше от двери. Потом вообще берет и запирает ее на все замки, а ключ убирает к себе в карман, — на всякий случай.
— Боишься, что сбегу?
— От тебя всего можно ждать.
Мне пока не по себе. Не получается справиться с теми эмоциями, которые нахлынули, затопив по самую макушку. Когда-то я была здесь очень счастлива…и здесь бы было очень больно, а чего ждать теперь?
Пока Швецов чем-то гремит на кухне, я прохожу по всему дому, заглядывая в каждый уголок. Здесь все так же, как и было при мне! Все! Из нового разве что пара кружек на кухне и полотенца в ванной. Хотя я думала, что после нашего расставания он попросту напалмом выжжет воспоминания о нас.
Дежавю, ностальгия, откат — называйте это чувство, как угодно, но накрыло меня по полной, даже в ушах от волнения звенит. Я все еще не верю, что снова здесь, и что не просто зашла в гости, а собираюсь вернуться насовсем.
— Ну что, все проверила? — насмешливо спрашивает Швецов, когда я прихожу к нему.
— Вроде, да.
— Как результаты проверки? Удовлетворительно?
— Более чем, — я нервно хихикаю. У меня реально кружится голова от всего происходящего. Все еще кажется, что сплю, и вижу какой-то нереально красивый сон.
— Тогда предлагаю отметить это дело.
Мне совершенно не хочется пить — я и без того пьяная от эмоций, но оказывается Влад говорит, про чай.
— За нас? — это скорее вопрос, чем тост.
— За нас.
Не отрывая взгляда от мужчины, стоящего напротив, подношу кружку к губам и делаю маленький глоток. Мой любимый чай. Он помнит даже это. Взгляд сам спускается на его губы.
Влад прекрасно понимает, о чем я думаю, и усмехается, демонстрируя мои любимые ямочки. До чего же хорош, мерзавец! Все нервы мне вымотал, но хоро-о-ош, так бы и закусала всего. А что мне, собственно говоря, мешает это сделать? Почему бы не отметить начало нового витка наших отношений таким хорошим, добротным «кусь».
— Ясь, как думаешь, я уже могу к тебе приставать, без страха получить по физиономии или коленкой между ног?
— Ты попробуй, а там видно будет.
Швецов подступает ближе ко мне и, не торопясь, по одной расстёгивает пуговицы на моей рубашке. Мимолетные касания, от которых мурашки размером с хомяка, предвкушение и непривычное, давно позабытое ощущение счастья — все это кружит голову, не хуже самого дорого напитка.
Я сама тянусь к нему, пока еще несмело касаюсь небритой щеки. Все так скромно, так целомудренно…минуты полторы, а потом нас просто срывает в крутой вираж. В крови кипит, и у него, и у меня. Мы как два маньяка, которые дорвались до желаемого и готовы выпить друг друга до последней капли. С трудом дышим, от взглядов все вокруг плавится, от прикосновений — сносит крышу.
Но даже такой пикантный момент не обходится без облома. Нас прерывает звонок в дверь.
— Кто там?
— Я никого не жду, — хрипло отвечает Влад и снова притягивает меня к себе, но звонок повторяется. В этот раз настойчивее. Потом снова звонит и снова, переходя в непрекращающуюся дрель.
Мы с Швецовым смотрим друг на друга в полнейшем недоумении.
— К нам ломится какой-то псих, — выдает он, — надо посмотреть…
— Нет, — Хватаю его за руку, не отпуская от себя, — не надо. Я знаю, кто это.
Он даже не успевает задать уточняющий вопрос, потому что звонок сменяется грохотом — кто-то со всей дури стучит по двери, а потом раздается Ольгин вопль:
— Влад, немедленно открой! Слышишь?
— Да ё-моё, — он закатывает глаза, — только ее и не хватало.
— Я знаю, что ты здесь, — она продолжает вопить и дубасить по двери, — я видела твою машину у подъезда! И свет в окне! Немедленно открой!
Тут же начинает гудеть его телефон, небрежно оставленный на подоконнике. Оленька с остервенением атакует по всем фронтам. Стучит, орет, наяривает мобильник.
Я крепко сжимаю переносицу и жмурюсь, пытаясь успокоиться. Любимая сестра, как всегда, пришла для того, чтобы все мне испортить, но в этот раз я не позволю ей это сделать.
Хватаю Влада за грудки и дергаю к себе:
— Поцелуй меня.
— Как же твоя сестренка? — он не сопротивляется, обхватывает ладонями мои бедра, притягивая ближе к себе.
