Испуг, едкий, влажный, липкий… Он напугался, хоть и не сразу смог себе в этом признаться. Плотный страх, что он совершил ошибку, сделал неправильный выбор, страх повторения – все это смешалось внутри и взорвалось. Он вообще быстро заводился – такая натура, потом долго отходил: не то что остывал, а долго не мог прийти в себя, переживал, пережевывал в уме по десять раз сказанное собой, не имея сил выплюнуть. Он прекрасно понимал, что сорвался на Ангелину на ровном месте. Но не мог извиниться, ощущая во рту камень, который придавил язык. Чувство вины усугублялось еще и тем, как она повела себя в ответ, не сделав из ссоры никакой трагедии: как обычно, сильно прижималась к нему на диване, заливисто смеялась над его едкими замечаниями и касалась его носом при поцелуях. Ничего не произошло. Он был благодарен ей.
«И так тоже бывает, старик… А ты и не знал», – подумал он и сам себе позавидовал.
Глава 9. Она
Ну вот и настал момент знакомства с его семьей. Признаюсь честно, я этого очень ждала. Родители Сергея заехали к нам на выходных. Мы сидели на террасе и обедали. Оранжевое летнее солнце аккуратно струилось на стол, соединялось с нашим смехом и звонко отражалось от рельефа стаканов. Я ликовала: его прошлого больше нет, настало НАШЕ настоящее и будет НАШЕ будущее. По глазам Сережиной мамы я поняла, что тест пройден успешно. Вдоволь наболтавшись, в довершение вечера передвинулись на кухню. Сергей принялся забивать темным кофе турку, а я старательно раскладывала круассаны на тарелке.
– Я хотел бы съездить на неделю в Испанию с Ангелиной, и если вы с отцом не против, мы бы остановились там в вашей квартире. – Сергей заварил коричневый напиток, аккуратно вылил туда струйку горячего молока. – Так вы не против?
Я почувствовала еле уловимое напряжение в воздухе. Сережина мама сделала большие глаза, и я поняла, что это не восторг, а испуг. Она молчала.
– Мам? – Сергей протянул ей чашку.
И тут она тихо заговорила, как если бы от громкости слов зависел их смысл.
– Сереженька, мы, конечно, не против с папой. Просто… Она будет занята твоим братом. Прости. Может быть, вы попозже соберетесь?
Когда что-то кипит, главное – вовремя снять крышку, или все окажется на плите. Дурацкое, конечно, сравнение.
Сергей так и стоял с протянутой рукой какое-то время, потом швырнул об пол белую тонкую чашечку, отчего по всей кухне разбрызгался кофейный аромат, сверкнул глазами и медленно вышел из кухни. В помещении повисла тишина, все смотрели на лужицу кофе, потом на меня, потом опять на лужицу. Будто это тело убиенного, и я была главным свидетелем преступления.
Я взяла тряпку, молча убрала все это безобразие с пола, достала из заначки в ящике сигарету и пошла курить на улицу. Спустя какое-то время подошла Сережина мама. Она тихонько взяла меня за плечо и погладила, как родную.
– Не делай выводы из того, что ты видишь. Они могут быть ошибочны. Он переживает, это верно. Но не из-за потерянной любви, черт ее знает, была ли она вообще. Тут скорее задето самолюбие. Оттого, что сделал такой взрослый шаг, и не вышло, не получилось. Ты же знаешь, он со школы максималист. – Она улыбнулась. – Он тяжело переживает неудачи. Ты, главное, люби его и наберись терпения. Он сложный мальчик. Зато получишь потом сторицей.
– Все в порядке. Я не ревную его, это глупо. – Я постаралась бодро улыбнуться, хотя глаза не слушались – смотрели сиротливо.
– Гелечка, ты мне очень нравишься. Поэтому я дам тебе один совет: просто подожди. Я вижу, что у вас все будет хорошо.
В глубине души я тоже так чувствовала, это меня и удерживало.
Глава 10. Он
Это была игра «Убей енота». Тот самый аттракцион из американских фильмов, где надо засандалить большой кувалдой по голове внезапно появившегося в дырке зверька. Так и он пресекал на корню любое слово, любое упоминание о жене вслух. Но любой аттракцион когда-нибудь теряет свою остроту. Сергей все реже сутулился при виде брата, а Марина помнилась довольно смазано. Все чаще у него на уме было то же самое, что и во рту… Вкус.
Глава 11. Она
Сегодня мне удалось продать три картины. Этот успех надо было где-нибудь отметить. Я дождалась Сергея, и мы вместе заказали столик в небольшом французском ресторане.
Приехав туда, мы сели у окна, а когда принесли запотевшую бутылку белого вина, тихо сблизили свои бокалы. Вечер был прекрасный. А спустя некоторое время за соседний столик сели Марина и Егор. Я прокомментировала их появление двумя словами: «Сережа… Пожалуйста». Они выскользнули на стол и покатились друг за другом, тяжелые и гладкие, как шары для боулинга. Сережа сделал вид, что никого не заметил, медленно резал стейк на ровные полоски и отпивал вино небольшими глотками.
Мне хотелось бы сказать, что у нее были глаза, как у трески, ноги как колодки, волосы цвета грязного песка, но нет. Она была по-настоящему красива, вдвойне оттого, что счастлива. Она просто светилась рядом с Сережиным братом.
Глава 12. Он
