— Ни в коем случае! Ни за что! — предупредил голос с нажимом. — Я убью их всех. Я не хочу, чтобы ты убивал себя сам, Идрис Кочовалы. Я хочу, чтобы ты убил сына или же наоборот. Или же сын убил тебя, мне без разницы. Сын или отец. Отец или сын. Один из вас умрет. Другой будет сокрушен в пух и прах.
— Не смей, отец. Я все улажу. Я найду выход, папа, — вновь попросил Ямач.
— Какой ты найдешь выход, идиот? — спросил голос. — Все твои люди арестованы. Смотри, — на экране показалась лесистая местность на которой я увидела, как моих родных сажают в полицейскую машину, а вокруг трупы. — Смотри, Кемаль, зять, Эмми. Больше никого не осталось. Только вы. Я сделал последний красивый ход, Ямач. Согласись? — голос не давал покоя и залез мне прямо под кожу.
— Он лжет. Я найду, — стал бегать по комнате Ямач, ища выход, но они в западне, сразу видно.
Мое сердце пропустило удар. Выбор мне теперь ясен, но я все равно неотрывно смотрела на происходящее, впитывая в себя ту боль, как будто сама выбирала. Таймер включился и я вспомнила. Свадьба Сейхан. Дядя думал, что Азер похитил нас и ставил условия, но я уже знаю, что он этого не делал. Не знал даже об этом. Тимсах и Юджель были за стеной и именно Юджель, произнес условие.
Дедушка расставил руки в стороны и я осознала, что вот он принял решение. Решил сам стать жертвой, но не осознавал, что тем самым сделает Ямачу только хуже. Дядя заплакал, покачивая головой.
— Давай, сынок. Сделай это ради семьи. Сделай, лев мой. Защити семью. Давай сынок, доставь мне гордость. Покажи, что ты мой сын.
— Нет, — будто умолял дядя, руку державшая пистолет сильно тряслась.
— Подари мне потомство, прошу. У меня есть Караджа, Акын, Идрис. Но мы очень много потеряли. Поэтому. Род Идриса Кочовалы не иссякнет и вновь покажет миру.
— Отец, я не смогу этого сделать, — уже ненормальным голосом, говорил Ямач.
Краем глаза я посмотрела на Макбуле, которая с торжеством, удовольствием смотрела на то, как страдают мои близкие. Она причастна к этой постановке.
— Давай вместе умрем, — предложил Ямач.
— Нет, сынок, нет. Вы будете жить и отомстите за меня.
Ямачу стало не хорошо, он стал реветь и стал говорить тоже самое. Дедушка не выдержал и выстрелил ему за спину, стреляя по телевизору.
— Поднимай свое оружие или умри, — закричал он. — Либо я защищу семью, либо ты. Выстрели или умри. Поднимай, сынок. Давай.
Я провела руками по лицу, мои руки тряслись, как у Ямача. Он нажмет. Дедушка вынуждает. Осталось совсем немного секунд. Дедушка стал читать молитву, а у меня на глазах образовались слезы и я учащенно захлопала ресницами, чтобы они исчезли и я не показала слабость. Я сильная, но когда Ямач поднял пистолет, не переставая реветь у меня вновь в висках заболело. Правда страшна. Таймер перешел в реальность. Все сошлось и я перестало воспринимать окружающий мир, дотронувшись до висков, чтобы заглушить боль. Как же больно! На моих глазах дядя вместе с дедушкой выстрелил и я сильно вздрогнула, как от тока. Нет, не может быть. Дедушка стрельнул в стену, а дядя в него. Тело дедушки стало опадать и Ямач поспешил к нему, положил мертвое тело себе на колени. Дедушка умер с улыбкой на лице. Как будто выполнил свой долг.
— Можете принести одеколон? — попросил Ямач, не осознавая, что убил отца. Вот из-за чего он сошел с ума. Смотрит на отца и не понимает, что он труп.
Мне это удалось тяжело, но я сделала глубокий вдох, прикрывая глаза, лишь бы не смотреть на это. Макбуле же даже не думала давать мне передышки.
— Красивый лабиринт, не правда ли? Я заказала этот объект втайне от Эфсун, а она лишь щедро дала сумму, просто узнав, что таким образом мы отомстим. Юджель тупой, поэтому и попался на вашу удочку, но я так просто не сдамся. Даю тебе пару дней, чтобы прийти в себя, чтобы приготовится к своей смерти и смерти своего брата. Как вы искоренили мой род, я отплачу тем же, не так изыскано, как Юджель, зато моментально. Нельзя играть со своей добычей, но ваша семья и Юджель не помнят об этом. Держи, — со стуком на стол упала связка ключей и убрав руки от лица, я взглянула на них.
— Что это?
— Ключи от лабиринта. Сходи на экскурсию, прочувствуй на себе, прежде чем встретится лицом со смертью. Я даю тебе эти несколько дней, потому что ты проявила сострадание к моей внучке и она умрет из-за своей слабости. Поддалась искушению и пригрела змею на своей груди в виде твоего дяди. Что же враги в вас находят? Махсун, Чето, Азер, Эфсун…
Если трое из них мне были известны, то одно оставалось для меня загадкой. Я еле отходила от увиденного и хрипло спросила:
— Какое имеет отношение Чето к этой цепочке?
— А ты не знаешь, девочка? — развесил вопрос бабульку. — Твоя мать ходила частенько к нему, когда вы сбежали, как трусы из своего драгоценного Чукура. Ходила и зарабатывала деньги, чтобы вас прокормить и обезопасить себя от Черных ягнят. Легче не станет, Караджа, но я позабочусь о том, чтобы ты испытала намного больше. До встречи, Караджа или же дикая роза.
