Фортундейл оказался гигантским. Даже глядя на него с холма, невозможно было охватить весь город взглядом. Квадратные домики, стоявшие впритык друг к другу, тут соседствовали с гигантскими храмами Эора и особняками знати. Они выделялись гигантскими куполами, разукрашенными во все цвета радуги от красного до синего и фиолетового.
– Имеет какое-то значение, какого цвета крыша? – спросила я у Кириана.
– Нет, только белый делают в храмах, остальное на вкус хозяина дома.
– Фортундейл похож на горы, – заметила я, – только созданные людьми.
– Иногда его называют каменными джунглями. Собственно, много веков назад здесь и росли джунгли.
Как ни называй, а город был не только пугающе огромен, но и неожиданно прекрасен. Мрачные переулки тут вдруг сменялись площадями с фонтанами и цветущими садами. Даже на крышах, бывало, что-то росло. И над всем этим, как скала над толщей морской воды, возвышался императорский дворец. Многоярусная махина с бесконечными лестницами, куполами и шпилями.
Наш приезд местные жители встречали восторженными криками. Горожане бросали из окон и под ноги лепестки роз, ленты и белые зернышки. Которые, как я узнала, и есть рис.
Алтимор ехал впереди процессии. Гордо выпрямив спину верхом на черной красавице Ниаде. Мы с Кирианом были ровно за ним. Позади нас пара генералов и дальше по старшинству.
– Сегодня империя празднует наш триумф, – не без гордости сообщил Кириан.
«И поражение моего народа», – добавила я про себя.
Замечала я любопытные взгляды и на себе. Все-таки ехала почти что между двух самых высокопоставленных мужчин этой страны, если не считать императора. И как меня угораздило? Я ведь даже не дочь вождя.
Дворец окружала высоченная стена в три этажа. Вели за нее ворота под аркой, напоминавшей все то же перевернутое сердце. И здесь нас встретили лепестками и рисом, только в троекратном размере. А навстречу вышел мужчина в синем камзоле.
– Ваше Высочество, – он взял лошадь Алтимора за уздечку. – Его Величество просит вас и лорда Кириана освежиться и на закате быть в тронном зале.
Внутри дворец оказался не менее прекрасен, чем снаружи. Бесконечные коридоры, залы и комнаты здесь были отделаны разноцветным камнем и удивительно нежными на ощупь тканями. Под ногами лежал белый мрамор и расстилались ковры со сложными узорами. На стенах висели гобелены и картины в золоченых рамах, изображавших всё: от фруктовых корзин до мифических существ и сцен из незнакомых мне книг.
Пока мы шли к покоям Кириана, я смотрела во все глаза. Кажется, даже рот открыла, чем вызвала у лорда улыбку.
– Я обещал, что тебе здесь понравится, – заметил он.
Кириан жил в восточном крыле и, как брат императора, занимал сразу несколько комнат. У него были кабинет с резной мебелью, гостиная с зелеными стенами и диванчиками в тон, своя библиотека, отдельная от библиотеки дворца, и почему-то две спальни. Одна с огромной кроватью с балдахином, а вторая чуть скромнее, но всё равно шикарнее, чем всё, что я когда-либо видела.
– Зачем тебе две спальни? – поинтересовалась я.
– Эта будет для тебя, – ответил Кириан.
Мне хотелось спросить, а кто в ней спал до этого, но жених сбил меня с мысли, добавив:
– Пока не захочешь перебраться ко мне.
А есть варианты?
Видя мое озадаченное лицо, Кириан пояснил:
– У ангорской знати супруги часто спят отдельно. Вероятно, потому что браки по любви заключают редко.
– А зачем же еще? – удивилась я. – Вряд ли все подписывают мирные договоры между народами.
Кириан улыбнулся краешком рта.
– Наш случай уникальный. Но союзы бывают и между родами, и между деньгами, и в любой их комбинации.
Лингам, ведущим куда более простой образ жизни, как оказалось, и в этом плане было намного легче. Тот же вождь был счастливо женат на матери Люка. И мои родители всегда были нам с сестрой примером.
– Ангорской знати можно посочувствовать, – ответила я и, подойдя к окну в своей новой спальне, выглянула на улицу.
Внизу был небольшой квадратный садик с фонтаном и парой скамеек, утопавших в зелени деревьев.
Кириан встал у меня за спиной и, обхватив за талию, легонько прижал к себе.
– Поэтому я и оставался холостяком как можно дольше, – проговорил он, обдав дыханием мою шею. – Не хотел себя связывать лишними обязательствами.
А сейчас он разве делал не это?
– А я не обязательство? – спросила я.
Кириан не успел ответить, потому что в дверь комнаты постучали, и двое молодцов внесли сундук с моими вещами.
– Мне, наверное, нужно переодеться, – я осторожно выскользнула из объятий Кириана.
Оказалось, что дверь напротив кровати вела в еще одну комнату – гардеробную. Здесь стояло овальное зеркало в полный рост, а по стенам тянулись пустые полки и ящики для одежды. В углу даже был деревянный истукан, который при желании можно было бы во что-нибудь одеть. Сундук поставили рядом с ним. Я откинула крышку и критически посмотрела на свои сарафаны. С великолепием дворца они совсем не сочетались.