Я посмотрел ей в лицо, пытаясь определить, что она от меня хочет.
— Хорошо, — ответил я, так и разгадав её намерения.
— Мы с Гэйлом решили, раз ты уже достаточно взрослый, чтобы принимать серьёзные решения… Ты же точно ушёл от тех наркоманов? — я кивнул. — Хорошо. Статус любого человека не в последнюю очередь зависит от его автомобиля.
Короче, вместо того, чтобы наказать меня, упрятать в какую-нибудь лечебницу и лишить пособия, мои родители, во-первых, оплатили ущерб, нанесённый моим телом случайному автомобилисту, а, во-вторых, купили мне собственного четырехколесного друга. Наверное, любой другой человек бы стал считать себя любимчиком судьбы или кем-то подобным. Но мне этот подарок показался хуже наказания.
Только попробуй теперь подведи наше доверие! Ты же сам себя за это возненавидишь!
В Нью-Йорк я вернулся через неделю, и меня уже ждал собственный автомобиль. Первым делом надо я обкатал его по улицам большого и такого уже почти родного мне города, а после погрузил свои мысли и разум в пучину учёбы. Благо, накопившихся эссе, проектов и прочих заданий хватило с лихвой, чтобы на какое-то время забыть про свою предыдущую жизнь здесь. Я как будто приехал в Нью Йорк впервые, хотя уже всё вокруг выглядело знакомым.
Несколько недель я верой и правдой выполнял долг перед родителями: вел тихую-мирную жизнь студента-ботаника. Свободного времени было так мало, что хватало лишь на то чтобы пару раз сходить в кино в гордом одиночестве и один раз — в игровой клуб.
О тебе я вспоминал только по вечерам. Хотя нет, не так. Я помнил о тебе каждую минуту моей жизни, но позволял себе погрузиться в мысли только перед сном, представляя, где ты, с кем и чем занят. Думаешь ли ты обо мне? Почему не даёшь о себе знать? Я утешал себя мыслью, что ты, наверное, и сам гадаешь, почему я не звоню тебе и ждёшь, когда это произойдёт. Утешение это приносило, но в глубине души я догадывался, что тебе хорошо и без меня.
Родительским подарком я почти не пользовался. Кроме нескольких путешествий по городу в первые дни по приезду, я пару раз выезжал разве что к кинотеатру. Всё остальное время он без надобности простаивал под окнами общежития. Я так привык проводить всё своё время в кампусе, перемещаясь пешком или бегом, что редко вспоминал про машину. Да и куда мне было на ней ездить? А уж хвастаться-то и вовсе не перед кем. Мне приходила идея найти Джемму, помириться и свозить куда-нибудь её, но однажды я увидел её в компании с каким-то парнем, и передумал. Так что на некоторое время я вообще забыл, что у меня есть колёса. Хотя всё же они понадобились мне раньше, чем я мог себе представить.
Одним вечером я работал в студенческом центре над проектом по введению в психологию. Проект должен был быть групповым, и мне никак не удавалось уговорить преподавателя разрешить мне сделать его самому. Всё, кто хотел уже давным-давно распределились на группы, а я навязываться не хотел. Пришлось искать студентов из других групп, возможно, даже посещающих этот предмет у другого преподавателя. Я разослал сообщения в фейсбуке всем, кого знал, в надежде, что хоть кто-то ещё не защитил проект, и в беспокойном ожидании перед открытой вкладкой социальной сети, пытался придумать концепцию проекта. И тут вдруг в колонке рекламы вылезло сообщение:
«Живёте в Нью-Йорке и слушаете рок?
Приходите на концерт группы King’s Shadow в клубе Терра Блюз».
Не веря своим глазам, я ткнул на картинку и попал на сайт, где продавались билеты. Рядом было краткое описание жанра и возможность посмотреть видео с предыдущих концертов. С замиранием сердца я нажал кнопку «плей».
Сначала темнота, потом вспышки света и, наконец, едва различимая сцена. Я сразу узнал Мону за барабанами, хотя её лицо и было покрыто диагональными тёмными полосами, увидел Лайк — её лицо тоже было загримировано, Нильса и Росса — оба тоже в гриме. Снова темнота и затем вспышка. В центре появился…я.
Первое мгновение я именно так и думал, а потом понял, что такого просто не может быть. Человек был в моей концертной одежде, с точно таким же окрасом лица, как был и у меня, даже по фигуре и росту похож. Но это точно был не я. Даже, если бы я подозревал у себя потерю памяти — потому что такого клуба я никак не мог вспомнить, да и ребята никогда не красили лица — я бы всё равно понял, что человек на сцене кто-то другой. Его движения были совершенными, голос, когда он запел, ниже и не такой сдавленный, как у меня, а вел он себя так, словно родился артистом или, как минимум, был на седьмом небе от самого себя. Может быть, это был ты? Или же ребята нашли мою копию? Я, не раздумывая, нажал кнопку «купить билет».
