Предположив, что она пошла за мусорным мешком, я выхватил из кучи вещей твою монету и все диски Сидни Дарвелла. В этот момент мама вернулась и схватила меня за руку.
— Положи на место, — сказала она так строго, что чуть ли не злобно.
Я помедлили, но она вырвала диски (монету я успел незаметно сунуть в карман) прямо из рук. У меня промелькнула мысль, что я могу её ударить и забрать все свои вещи, но я, к счастью, не воспользовался ей. Не знаю, что бы тогда меня ждало: психоневрологический центр или сразу улица и компания бомжей? Наверное, мне уже давно пора было сделать то же, что и Харпер: собрать вещи и в один прекрасный день исчезнуть. Но представлять эту эпическую картину совсем не то же самое, что привести её в действие. Что бы я стал делать дальше без жилья, без денег?
Мама сложила всё запрещённое добро в чёрный пластиковый мешок и покинула комнату. Я выглянул следом, чтобы узнать, где она его спрячет, а потом выкрасть хотя бы диски Сидни Дарвелла. Это же такой раритет! Я не мог себе позволить так просто потерять их. Надо бы отдать их Джемме, больше бы было шансов сохранить. Зря я пожадничал.
Но, вопреки моим надеждам мама не оставила мешок в укромном уголке, а отдала его отцу с просьбой вынести мусор прямо сейчас. Я выскочил из комнаты.
— Я помогу! — крикнул я ничего не подозревающему отцу.
— Нет-нет, — сказала мама, — ты нужен мне на кухне. Никак не могу отрезать голову рыбе, поможешь мне.
Я посмотрел на папу умоляющим взглядом. Ведь никто иной, как он, когда сбежал Харпер, покупал мне ту музыку, которую я просил, и давал деньги на карманные расходы, пусть и не очень часто. Но папа понятия не имел, что в мешке, а я не знал, как намекнуть ему.
— Конечно, помоги матери, — сказал он совершенно наивно и ушёл с моими ценностями.
Рыбе я отрубил голову одним ударом.
[i] Книга американского экономиста и трейдера Нассима Талеба
Когда наступила ночь, я вышел из своей комнаты и прокрался к спальне родителей. Приоткрыв дверь, я убедился, что оба тихо посапывают во сне. Я быстро накинул свой старый спортивный костюм, сохранившийся ещё со школы. Он растянулся и выглядел весьма непрезентабельно, но лишь каким-то чудом сохранился в моём гардеробе. Мама никогда не терпела ничего мятого, грязного и старого. Я, конечно, тоже всегда любил порядок, но ради него не был готов расставаться с любимыми вещами.
Я натянул носки, взял в одну руку ключ и фонарик, в другую — ботинки, и выскользнул за дверь. Обулся только на лестничной клетке, чтобы в квартире не было слышно шагов. На улице меня встретила тихая и прохладная темнота. Фонари освещали лишь подход к дому, а дальше не было видно практически ничего. Я завернул за угол дома, миновал двор и оказался у небольшого кирпичного строения с мусорными баками внутри. Дверь была заперта, но я же не зря взял ключи. Внутри было ещё темнее и пахло сыростью. Я включил фонарик и поднял крышку одного из баков. Поскольку большинство мешков оказались чёрного цвета, мне пришлось разрывать все по очереди. Ночь предстояла долгая: осмотра ждало аж шесть баков.
Сначала я вытаскивал мешки по очереди, клал на пол, развязывал и смотрел, что внутри. После того, как я проделал подобные манипуляции с десятком пакетов, до меня дошло, что можно их предварительно ощупывать. Но, хоть я облегчил этим себе работу, всё равно казалось, что число мусорных мешков нисколько не уменьшается.
Когда я облазил все баки, может, даже по несколько раз, потому что запутался, я вышел на улицу и увидел первые признаки рассвета. А, между прочим, зимой он наступает довольно поздно. На улице уже появились ранние прохожие, выгуливавшие собак. Я поспешил домой, по дороге обдумывая, куда деть грязную одежду и как отбить запах, который ко мне определенно пристал, хотя я его уже и не чувствовал. Диски я так и не нашёл. Может, папа отнёс их к другим бакам, кто знает. Я так устал, что не мог даже толком расстроиться.
Я осторожно приоткрыл дверь в квартиру — всё было тихо — и проскочил в душ. Спортивный костюм я упаковал в мусорный мешок и засунул на дно сумки. Не полезет же мама туда во второй раз? В комнате зашевелились родители. Я быстро переоделся в чистое и юркнул в постель. Спать оставалось ровно час.
Последний день каникул прошёл как в тумане. Из-за того, что я почти не спал, всё виделось в мрачных и бесперспективных тонах. Мама позволила мне собраться самому (какая радость!), но я даже толком не обратил на это внимания. У меня больше не было музыки кумира, какой был смысл жить дальше?
