Вечера между репетицией новой песни я проводил за поиском твоих следов в Интернете (вдруг ты всё-таки там появился), старательно изучил все контакты Моны и Нильса, какие только смог найти в социальных сетях. Я знал, что это бессмысленно, но это как будто приближало меня к тебе. Единственное, что не давало мне усомниться вновь в твоём существовании, это тот факт, что на репетициях мы разучивали именно твою песню. Каждый раз, когда кто-то из ребят упоминал твоё имя, я старался запомнить этот момент, удержать его и сохранить в памяти навсегда.
Прошёл март и половина апреля. Всё шло своим чередом: учёба, репетиции, — вот и всё, из чего состояла моя жизнь. Был, правда, ещё один эпизод, который нельзя не упомянуть.
Первого апреля я вышел из общежития, прекрасно понимая, что сегодня за дата, но, совершенно не опасаясь оказаться жертвой розыгрыша, потому что сделать его было просто некому. К этому времени мне уже стало казаться, что ты никогда не вернёшься, и у меня больше никогда не будет друга. Вспоминая, как ты всегда любил разыгрывать людей и, в особенности, меня, я с самого утра чувствовал себя одиноким и глубоко несчастным человеком. Наверняка, моя группа запланировала на вечер поход в какое-нибудь интересное место, а меня, конечно же, никто звать не собирался.
Подходя к корпусу, где у меня по расписанию были назначены занятия, я остановился, потому что почувствовал, что что-то не так. Как будто на меня смотрит половина кампуса. Я обернулся по сторонам, но ничего подозрительного не заметил. И, хотя чувство никуда не ушло, я пошёл по ступеням к входу.
Совершенно неожиданно от колонны отделилась фигура с чем-то в руках и резко двинулась в мою сторону. Я чисто автоматически отскочил в сторону и, не оборачиваясь, юркнул внутрь здания. Потом любопытство взяло верх, и я выглянул на улицу. Я ожидал увидеть Росса или Лайк, с которыми отношения у меня складывались так, что я почти мог считать их друзьями. А ещё они оба весьма положительно относились к шуткам и приколам, поэтому я уже заранее обрадовался, хотя и не был уверен, что там кто-то из них.
Я ужасно удивился, потому что у колонны с растерянным видом стояла Джемма. У неё в руках было маленькое ведёрко с конфетами, а свои рыжие волосы она повязала платком. Наверное, поэтому я её сразу и не опознал.
Я подошёл к ней, но она отвернулась.
— Джемма? — я не знал, что её сказать, поэтому произнёс первое, что пришло на ум. — Привет. Что у тебя там?
Джемма повернулась и протянула своё ведро.
— Возьми любую. Лучше со дна, там самые вкусные.
Я сунул руку в ведро, и вдруг меня что-то больно цапнуло за палец. Я с криком выдернул руку наружу. К пальцу прицепилось насекомое размером с мобильный телефон. Я тряс руку до тех пор, пока оно не свалилось на крыльцо. Джемма засмеялась.
— Что это? — спросил я, не понимая, смеяться мне тоже или обидеться.
— С первым апреля! — выкрикнула Джемма и, подхватив насекомое, при ближайшем рассмотрении оказавшееся, пластмассовой заколкой, убежала от здания прочь.
Я хотел догнать её, но заметил, что до начала лекции осталось всего пять минут, и решил, что поговорю с ней в другой раз. То, что Джемма ждала меня у корпуса, наверняка, означало, что она хочет возобновить отношения.
В тот день я Джемму не нашёл, зато увидел её в компании Эммы и Лорен на выходных. Все три девушки что-то активно обсуждали, но я всё равно вклинился в их разговор, сначала поздоровавшись с каждой, потом попросив Джемму отвлечься на минутку. Девушка нехотя отстала от подруг.
— Чего тебе? — по тону Джеммы было похоже, что она только делает вид, что не рада меня видеть.
— Хочешь погулять со мной? — спросил я без обиняков.
Джемма замялась, начала придумывать отговорки, но перебил её и назначил встречу на вечер в парке.
— Буду тебя ждать, даже если ты не придёшь.
Джемма бросила мне загадочный взгляд и убежала к подругам, а вечером я купил белую хризантему и пошёл в парк, и Джемма появилась с десятиминутным опаданием.
— Ты всё ещё в той группе? — спросила она вместо приветствия.
По её тону было понятно, что она пришла не на свидание, а устроить разборки, но цветок Джемма всё же забрала. Я решил, что это знак, что не всё так плохо.
— Приходи, кстати, на фестиваль. Мы там будем выступать. Потом можем погулять или сходить куда-нибудь. Смотрел прогноз, погода должна быть хорошая.
— Как у тебя всё распланировано, — фыркнула Джемма, пряча тень улыбки на губах. — А тот парень, которому ты стихи посвящал, он с вами?
У меня неприятно засосало под ложечкой. Видимо, прогулка предстоит не весёлая.
— Ну… Он уехал. Его нет в городе.
— А-а-а! — Джемма хлопнула себя по лбу. — Так вот почему ты позвал меня!
— Что? Нет, вовсе не поэтому. Ты же сама подошла ко мне первого апреля? Я подумал, что ты больше сердишься на меня.
— И на что мне на тебя сердиться? Ты же идеальный! — в голосе Джеммы послышались ноты обиды.
— За танцы, что пропустил пару…
