Я поднялся по лестнице на самый верх, туда, где, наверное, почти никогда никто не бывал, с чётким планом просидеть там пару часов в одиночестве, жалея себя. Но потом мне вдруг в голову пришло, как жалко и глупо я буду выглядеть, если меня здесь кто-то найдёт. В конце концов, я же сам виноват, плохо выучил слова. Мне не на кого пенять кроме себя. Да, и ещё в зале меня ждала Джемма, я не мог её опять проигнорировать. Даже, если она и правда пришла к девчонкам из Грозовых туч, всё равно шанс заманить её на прогулку не стоило упускать. Может быть, Нильс увидел бы нас вместе и понял, что я не настолько жалкий и никому не нужный, как он думает.
Я зашёл в зал, протиснулся вглубь второго ряда и сел на свободное место рядом с Джеммой, на котором лежала её сумочка. То, что она заняла место мне, было очень хорошим знаком. Со сцены кто-то пел, я не обратил внимания, главное, что не Грозовые тучи (голос был мужской).
— Привет, — шепнул я Джемме в ухо.
Она убрала сумку с сидения, и я смог сесть нормально.
— С чего ты взял, что я заняла место тебе?
— А кому? Кара же ещё не выступила. А вся группа тут не поместится.
— Ладно, — шикнула на меня Джемма. — Сиди, если хочешь.
Несколько номеров я молчал и иногда посматривал на Джемму, хотел узнать по выражению её лица, в каком она настроении. Но Джемме это не нравилось, и она каждый раз отворачивалась, а потом вообще заявила, что я мешаю ей смотреть концерт.
— Пойдём потом в кино?
Джемма некоторое время никак не реагировала на мой вопрос, я даже начал нервничать. Когда я уже собирался повторить вопрос, Джемма сказала:
— Ладно! Пойдём в кино, но только если… если ты подождёшь меня в парке. Хорошо? Давай, иди. Ты и, правда, бесишь.
Я посмотрел на Джемму, убедился, что она не злится, и протиснулся в проход под недовольные вздохи зрителей. Я забрал из гардероба куртку и вышел на улицу, оглядываясь по сторонам, чтобы не наткнуться на кого-нибудь из своей группы. В холле было мало людей, и мне удалось выскользнуть на улицу инкогнито, зато на крыльце на меня кто-то налетел, чуть не сбив с ног.
— Приве-е-ет, чувак! — услышал я твой голос, а потом осознал, что нахожусь в твоих объятиях. — Я скучал. Пошли, пройдёмся, расскажешь, как выступили. Я только приехал, не успел на вас.
Ты забросил мне руку на плечо и подтолкнул в сторону парка.
Мы гуляли по кампусу и со стороны выглядели, наверняка, как закадычные друзья. Я старался не таращиться на каждого встречного, но мне ужасно хотелось послать всем мысленное сообщение «смотрите, я с Френсисом, и он мой друг».
После твоего длительного отсутствия в тебе как будто что-то изменилось. Внешне ты оставался всё тем же тощим парнем, одевающимся в дырявые джинсы, не по погоде лёгкие куртки и стоптанные кеды. Чёлку ты завязал в смешной хвостик на макушке, и от тебя, как обычно, пахло сигаретами, жвачкой и духами. Но изнутри тебя шла новая мощная энергия, тебя переполнял энтузиазм, который ты старался сдерживать, но я всё равно чувствовал его.
Мне было до ужаса любопытно, где ты был и чем таким интересным занимался, но сначала я долго подбирал слова, чтобы задать этот простой вопрос, а потом ты заявил:
— Блин, все спрашивают, где я был, чем занимался, как будто им это так важно. Фу, ненавижу, когда так делают. Я ж не на допросе, отвечать на всё, что подсказывает им нездоровое любопытство. Рад, что ты не такой. Правда, чувак. Ты особенный.
После этих слов я, естественно, выбросил вопрос из головы. Быть особенным было намного соблазнительнее, чем выяснять правду.
Особо рассказывать про выступление группы на фестивале было нечего, поэтому я уложился в краткий отчёт из пяти предложений о том, какие мы были по очереди, после кого выступали, сколько людей было в зале, какой был звук и реакция зрителей. Про то, что я напутал слова, я говорить не стал, зато не забыл похвалить твою песню. Я не льстил, мне она, правда, очень нравилась, как и первые три, и я готов был посвящать твоему таланту дифирамбы, хотя немного и завидовал, что я так не могу.
Когда я закончил отчёт и хвалебные отзывы о твоем творчестве, ты сказал:
— Ладно тебе, не смущай меня.
— Но ты, правда, написал гениальные песни. И всем ребятам понравилось.
— Ага, — ты кивнул и тут же сменил тему, но я бы с удовольствием снова похвалил тебя, потому что мне нравилось наблюдать, как ты смущаешься. — Мы с тобой только раз нормально погуляли, когда искали тебе шмотки, помнишь? Ты не занят ничем? Повторим?
Я не забыл, что должен был ждать Джемму на крыльце после концерта, но в этот момент мне показалось это настолько неважным, что я тут выкинул это из головы.
— Я свободен.
— Красава! — ты похлопал меня по спине. — Только зайдём кое-куда.
Мы вернулись к центру Киммеля и зашли в фойе. Ты направился к банкомату, а я остановился на расстоянии, чтобы ты знал, что я уважаю твоё частное пространство и не собираюсь подглядывать, сколько денег ты снимаешь, и сколько осталось на счету.
