Нас встретил мужчина неопределённого возраста с густой чёрной бородой, одетый в камуфляж. Я вспомнил, что уже видел его с тобой, когда наблюдал за тобой осенью.
— Привет, — ты протянул руку мужчине для рукопожатия, но тот не ответил.
— Давай без этого. Принёс? — голос мужчины звучал глухо, от чего казалось, будто он простужен.
— Конечно, когда это я задерживал оплату? — ты примирительно улыбнулся, но мне показалось, что ты немного побаиваешься этого человека.
— Да уже раз пять! — парировал мужчина, до сих пор не обращавший на меня ни грамма внимания, но теперь заметивший. — Зачем приятеля привёл?
Ты пихнул меня к мужчине и шепнул «отдай». Я сделал шаг, остановился и повернулся к тебе.
— Что отдать? — недоумевал я. На самом деле, я подозревал, что речь идёт о деньгах, но боялся ошибиться и выставить себя дураком перед твоим знакомым.
Ты скривился так, словно, откусил приличный кусок лимона и пихнул меня в бедро, туда, где располагался карман. Я вытащил деньги и протянул их мужчине.
— Вот, возьмите, пожалуйста.
Мужчина усмехнулся, но деньги забрал, старательно пересчитал и спрятал за пазуху.
— Всё в порядке? — спросил ты. — Вы найдёте его?
— Уже, — сказал мужчина. — Но за проникновение в квартиру и изъятие материалов придётся добавить.
— Ладно, без проблем. Тейт отдаст. Кстати, — ты обратился уже ко мне, — это Джон. Не боись, он нормальный парень.
«Нормальный парень» при этом странно ухмыльнулся, а я подумал, что я и не собирался его бояться, но вслух говорить это не стал. Больше меня беспокоила сумма, которую мне «придётся добавить» и где я её должен буду достать.
Из переулка мы вышли к суши-бару, куда тебе захотелось завернуть. Я хотел сказать, что мне надо на занятия, но сразу не решился, а потом заверил себя, что на вторую лекцию я успею, даже если немного посижу с тобой в общепите.
Ты заказал набор роллов, а я ограничился лишь чаем, который купил лишь за компанию.
— Я тебя не сильно отвлёк от того, куда ты собирался? — спросил ты между поглощением японской кухни с видом оголодавшего дикаря с необитаемого острова.
— Ну, вообще, у меня учёба…
— Да ладно, — ты махнул рукой, и в меня полетели крошки, — ничего с ней не сделается. Чё ты такой хмурый? Вон, брови сдвинул, — ты ткнул мне пальцем в лоб, от неожиданности я отшатнулся назад.
— Можно задать тебе вопрос? — спросил я, возвращая своему телу прежнюю позу.
Мне ужасно было любопытно, какую услугу я за тебя оплатил тому Джону, но что-то мне подсказывало, что если я спрошу, ты тут же во мне разочаруешься.
— Какой? — спросил ты с полным ртом, уставившись глазами в тарелку.
— У меня нет твоего номера телефона, ты бы не мог…
Ты поперхнулся и стал кашлять. Я испугался одновременно и того, что ты задохнёшься, и того, что эта реакция означает, что мой вопрос тебя неприятно шокировал. Поскольку ты ничего попить не заказывал, я сунул тебе свой чай, уже успевший остыть. Ты опрокинул чай в рот, отдышался и кинул на стол свой поцарапанный мобильник.
— На, забей себя.
Я записал в телефонную книгу свой номер, сохранил под своим именем и перезвонил себе. На экране высветились заветные цифры, которые я так давно желал заполучить.
— Спасибо, — я вернул тебе мобильник. — А когда мне можно звонить?
У тебя на лице появилась ехидная улыбка.
— Хоть когда. Для тебя я проснусь и посреди ночи.
На следующее утро, в семь ноль-ноль, мой мобильник взорвался песней Дэвида Боуи, которую я поставил на тебя.
— Доброе утро, сладкий. Не разбудил?
И, хотя проснулся полчаса назад, голос ко мне ещё не пришёл. Первое слово пришлось повторить дважды, чтобы ты услышал.
— Привет, — я, наконец-то, прочистил горло и смог выдавить из себя нормальные звуки. На заднем фоне я услышал бытовые шумы: хлопанье дверями, бряцание посуды, шум воды из-под крана. — Нет, я не спал. А ты… Не думал, что ты встаёшь так рано.
— Ну, здрасте! — ты рассмеялся. — Что я, по-твоему, сплю до обеда, а потом бухаю всю ночь? Стал бы я так потрясающе выглядеть тогда?
— Ну, я…, — опять я сморозил какую-то глупость и почувствовал себя дураком.
В телефоне раздались равномерный стук, а потом женский голос спросил: «Не могу найти твою кружку, будешь пить в этой?»
— Ага, — сказал ты в трубку, не понятно мне или собеседнице. Стук продолжился, а потом я услышал грохот. — Ой, чуть не уронил тебя в йогурт. Ты у меня на громкой связи, если что. Готовлю завтрак.
Повисла пауза. Я опять затупил, не зная, что сказать на это.
— А что готовишь? — сообразил я, наконец.
— Салат, — ответил ты.
— Зай! — позвал женский голос, на этот раз громче. Кажется, это была Мона. Ну, да, а кто ещё это мог быть. — Не режь туда серединку, я не хочу есть с костями!
— Да, блин! То режь, то не режь, ты уж определись, — твой голос прозвучал обиженно. — На, веточку будешь?
Некоторое время я слушал возню, визг и твой смех. Было странно слушать звуки из твоей повседневной жизни, да ещё и с Моной. Как будто я подглядывал втихаря в замочную скважину или в скрытую камеру. Но, ведь ты сам меня пустил?
