Еще раз поблагодарив Норена, подала Смарагду знак, и тот аккуратно оторвался от земли. Он летел плавно, размеренно взмахивая крыльями, словно переносил самое ценное сокровище в мире. Минуты полета сменились часами. Утренняя заря уже раскрасила небо яркими красками, а над землей стелилась туманная дымка, когда мы добрались до пещеры дракона – возвращаться в свою комнату я не пожелала, по крайней мере до вечера, пока немного не окрепну. Дождавшись, когда Смарагд освободит вход в свое жилище, прямиком направилась в «комнату» Гордона. Улеглась на узкую кровать, обняла подушку, которая хранила знакомый запах мужчины, окончательно покорившего меня своим поступком, и забылась крепким сном.
Я чувствовала, как губы темноглазого брюнета ласкали мою шею, медленно спускаясь к ключице, шептали на ухо приятные слова. Объятия с каждым мгновением становились все страстнее. Сильные руки бродили по телу, но мне этого было мало, хотелось большего… Его пальцы добрались до шнуровки на моем платье, и я легла на спину, чтобы облегчить Гордону задачу, и… шмякнулась о каменный пол. Огорченный вздох разнесся по пещере. Сон, очень походивший на реальность, как рукой сняло. Все-таки кровать была слишком узкой. И как Гордон на ней помещается? Благо лететь недалеко, а то и так все болело. Потерев ушибленный локоть, встала и направилась к Смарагду.
Он не спал, а лежал, устроив голову поверх сложенных лап. Едва увидел меня, поднялся в полный рост.
«Пойдешь к себе?» – дракон окинул меня изучающим взглядом. Он не спросил о моем самочувствии – ему и так все было известно.
«Да уже не мешало бы и показаться. Тибальт, поди, полысел уже, вырывая волосы на голове», – решила перевести разговор на шутку, боялась, что он затронет болезненную для меня тему, но Смарагд думал иначе.
«Ты молчишь, ни о чем не спрашиваешь».
«Мне пока не хочется вспоминать о произошедшем, хоть вопросов и много. Того, что случилось, уже не изменить. Я рада, что все закончилось и ни ты, ни Гордон не пострадали. Да и я в порядке – ноги, руки целы, голова на месте, а силы же восстановятся».
«Этого и вовсе не должно было произойти. Я услышал твой зов, но голос звучал так тихо, что не смог разобрать ни слова. Сперва не придал ему значения, но потом попытался с тобой связаться. И, как сама понимаешь, у меня ничего не вышло. А пытался не раз. Я отправился на твои поиски, ведь далеко похитители не должны были уйти, но тебя и след простыл. Вот тогда я рванул за Гордоном. Мчался со всей мочи крыльев, постоянно прислушиваясь к ощущениям, страшась опоздать».
«Ты рванул за Гордоном?» – казалось, я ослышалась. Дракон в очередной раз ради меня переступил через обиду?
«А что мне оставалось? Не сидеть же сложа крылья».
«Стой! Ничего не понимаю. Ведь между тобой и Гордоном нет связи. Как тогда нашел его? Если удалось отыскать его, почему не смог найти меня?»
«Это моя вина. Нужно было с самого начала оставить на тебе свой след. Но кто знал, что все так обернется?» – Смарагд винил себя, и это отчетливо слышалось по его голосу.
«А разве этот знак – не твой след?» – я показала ему запястье с «татуировкой».
«Нет. Метка указывает на наличие ментальной связи между драконом и человеком, но не позволяет отследить наездника, если тот в беспамятстве».
«Как же все сложно у вас! Что представляет собой твой след?» – я нахмурилась, представив образ Гордона. На торсе у него не было никаких особенных отметин, если не считать бесчисленные шрамы.
«Чешуйку, сросшуюся с кожей».
«И где она у Гордона? Что-то не припоминаю ничего подобного».
«На голени. В свете нынешних событий и тебе необходимо ею обзавестись. Вырви у меня на хвосте небольшую чешуйку и приложи к малозаметному месту на своем теле».
Решив, что рвение Смарагда вызвано заботой и волнением обо мне на тот случай, если Крейг решится на очередное нападение, вырвала небольшую чешуйку, чуть больше пятикопеечной монеты. Она была твердой и острой. Я с недоумением смотрела то на нее, то на дракона, не представляя, как она срастется с моей кожей. Прикладывала пластину и к руке, и к лодыжке, но чешуйка оставалась чешуйкой.
Я выпрямилась после очередной неудачной попытки и вопросительно посмотрела на Смарагда, в изумрудных глазах которого плясали задорные огоньки. Ему было весело наблюдать за мной.
«Не мое дело, конечно, но не думаю, что рука или нога – малозаметные места для прекрасной дамы. Может, на бедре?» – внес он предложение, стараясь говорить тактично, хотя смешинки проскальзывали и в голосе.
«Давай на бедре, – согласилась с ним, подумав, что очередную метку можно будет спрятать под нижним бельем. – Что мне нужно делать?»
«Приложи чешуйку к телу и закрой рукой глаза».
Я приподняла подол платья, зажала его под мышкой и вдавила острую пластину в бедро, тихо вскрикнув – острые края брони дракона порезали нежную кожу. Проступила кровь, но я отвернулась и прикрыла глаза локтем. Сперва ничего не происходило, хотя мое сердце заходилось в преддверии чего-то волшебного, но в какой-то момент ощутила горячее дыхание Смарагда, становившееся постепенно обжигающим.
