Меня поглотила тоска по детству. Помню, как на мое седьмое Рождество папа сказал, что Санта Клаус – мой дедушка. После этого он сделал меня самым счастливым ребенком на планете. Представьте, что ваш дедушка Санта. Это ведь невероятно круто. Когда мне было интересно, почему я его ни разу не видела, папа отвечал: «Он ведь Санта – занятой человек». Глупышка Аманда верила и хвасталась, что её дед – сам Санта Клаус. Папа любил меня удивлять. Сколько выдуманных историй рассказывал он: где только не бывал мистер Ди – выдуманный супергерой отца. Мистер Ди бывал в Гималаях, в Бермудском треугольнике, где поборол большого сверхъестественного осьминога; на Альпах, на корабле великого пирата. Вспоминаю, как сдерживала смех мама, видя мое счастливое лицо. Сколько воспоминаний, которые теперь всего-то картинки в голове. Родители всегда радовали меня. Не скупались и дарили самые дорогие игрушки, вещи. Почему я такая неблагодарная? Наверное, они меня избаловали, но вины их здесь нет. Я сама все порчу.
Мои воспоминания развеял шум, исходящий из улицы. Отогнав мысли, я с любопытством посмотрела во двор и заметила карабкающегося по стенке Сэма. Сколько счастья испытало мое сердце в то мгновение! Я вновь чувствую жар, а затем холодок по спине – они сменяли друг друга, как достойные партнеры. Мое сознание требовало только его. Этот парень был мне дорог, хоть и совсем не знаком. Странно, не так ли?
Я быстро открыла окно и впустила юношу в тёплую комнату. Он засмеялся. Его смех… такой живой и жизнерадостный. Приставив к своим губам палец и прошипев «тс-с-с», я заперла оконную раму и подошла к новому другу. Парень снял с себя куртку и бросил её на пол, а потом проникновенно посмотрел на меня.
– Здравствуй, Аманда, – улыбается Сэм и вновь, как в первый день нашего знакомства, садится на кровать.
Убедившись, что родители не слышат нас, запираю дверь на замок и со спокойной душой сажусь рядом с брюнетом. От него пахнет корицей, моя любимая!
– Я тебя ждала, – улыбнулась я, совсем не понимая, зачем это говорю.
– На чем мы остановились в прошлый раз?
Улыбка на губах стала шире.
– Ты называл мне свою фамилию, – обманула я, и парень понял мой прозрачный намёк. Сейчас я стала вести себя гораздо уверенней.
– Сэм Гилмор к вашим услугам! – приложил руку к голове и произнес парень с офицерским акцентом. Мы засмеялись.
Я пялюсь на него уже несколько секунд, и он это замечает, однако мне не удаётся убрать взгляд с его бархатного лица. Словно гипноз играет со мной шутки. Его тёмные густые пряди небрежно уложены в разные стороны, глаза большие и глубокие, а также у него пышные и длинные ресницы, что аж можно позавидовать; губы бордово-красные, как сладкая вишня или сочная клубника. Думаю, это из-за холода.
– Почему ты так смотришь на меня? – засмущался Сэм.
– У меня складывается впечатление, что мы знакомы сто лет.
– Правда? И у меня также, – согласился тот и улыбнулся в тридцать два зуба. – Ты любишь фильмы? Потому что я – очень.
Я развеяла ненужные мысли и встрепенулась. Парень схватил коробки из-под дисков, лежащие около кровати, а точнее почти под ней, и начал с интересом рассматривать их, считывая названия и корча рожу, если ему что-то не нравилось. А он смешной.
– В основном мелодрамы, так что…
– Великолепно, давай посмотрим? – вскочил с места Сэм и бегом подошёл к компьютеру.
Заявление парня меня удивило. Впервые вижу человека, тем более мальчика, который любит романтические фильмы, как и я. Это что-то новенькое.
– Эм, ладно, что будем смотреть? – я подошла к высокому брюнету очень близко.
Сэм продолжал рассматривать диски, а потом остановился и залился довольной ухмылкой. Его рука показала мне коробку с надписью: «Привидение».
На лице появилась тупая улыбка, а в горле застрял радостный визг.
– Черт возьми, это мой любимый фильм!!! – ликую я.
– Знаешь, не удивлён. Все девушки обожают его.
Я натянула лисью улыбку и прищурила глаза, продолжая изучать лицо Сэма.
– С девочками все ясно, а вот то, что ты его смотришь, немного ошеломляет, – призналась я.
Парень открыл коробку и достал диск.
– А что, по-вашему, мы не люди? Может нам тоже иногда хочется посмотреть что-то без кишков и дурацких шуток, – вскинул брови тот, и я задумалась.
Меня поражает поведение Сэма. Не может быть такого, чтобы парень любил этакую мелодраму. Многие называют её «сопливой игрой». Но мне так не кажется. Этот шедевр способен заставить реветь навзрыд даже самого чёрствого человека. Спустя минуту Сэм закончил возиться с компьютером и наконец-то включил мелодраму, поудобнее усевшись на кровать.
– Что-нибудь принести поесть? – поинтересовалась я.
