Что ж; если дочь Крейна ещё может быть жива, то она явно на пути к Сенату. Иначе не сидела бы тут столько времени, пока шли поиски и собирался поисковой отряд. Забавно, что они набрали столько народу для поисков в месте, где количество вообще не играет роли.
Скорее всего, я встречу её где-то по пути. Надеюсь, живую.
— Похоже, — Джонни-лидер, не ведая ни сомнения, ни страха обошёл постамент сбоку и указал на широкую улицу, — они ползли туда. Думаю, нам в ту же сторону.
Как всегда в точку, Джонни.
— Идём быстрее, — Джонни буквально загорелся, напав на то, что по его мнению было верной дорогой к богатству, — будем первыми, кто дойдёт до цели!
И тебя даже не смутило то, что тела так хорошо сохранились?.. Впрочем, плевать.
Прежде, чем мы ступим на Путь Зла, нужно забрать кое-что. То, что я оставил в качестве лазейки на случай, если захочу вернуться.
Дорога к месту заточения твари занимала по меньшей мере несколько дней. А я же не совсем отбитый, чтобы три дня идти прямо, даже не оборачиваясь. Я заранее позаботился об удобном способе обогнуть весь этот путь.
— Постойте, — воскликнул я, кидаясь к постаменту и запрыгивая к ногам собственной статуи. — Я кое-что заметил.
Со стороны это, наверное, выглядело странно, словно озарение или удачный бросок на проверку проницательности в игре. Впрочем, меня не волновало, как это выглядит. Пару раз ударив ломом по каменному сапогу в метр ростом, я расширил трещину и сунул внутрь руку. Вот оно.
— Глядите, что нашёл, — радостно оповестил я всех, вытаскивая наружу то, что выглядело как стеклянный шар, только ещё и светящийся в темноте.
Дело оставалось за малым — активировать лазейку. Нужно просто повернуть шар в правильном порядке, вот только…
Увы, Джонни слишком хорошо вжился в роль главного и вырвал артефакт из моих рук до того, как я успел провернуть шар в последний раз. Парень приподнял артефакт в руке, как Гамлет череп Йорика, и задумчиво уставился на него.
Спустя несколько секунд его лицо озарила победоносная улыбка.
— Я понял — это ребус! — он ткнул в одну из фигур, нарисованных на шаре. — Ну типа как «три в ряд».
Не хотелось бы в этом признаваться, однако Джонни был прав. Я действительно заколдовал шар по принципу мобильных игр. Ну а что? Мне тоже нужно было чем-то коротать свободное время у Виссариона.
Я смотрел на то, как Джонни в поте лица пытается подобрать сложнейшую комбинацию из трех плохо отрисованных клубничек и старался не улыбаться.
Чтобы активировать лазейку — нужно просто повернуть шар в правильном порядке. Вот только это все бесполезно, если ты не Артур Готфрид.
— Что-то я… — брови Джонни шевелились так же активно, как и его извилины.
— Можно-ка?..
Я протянул ладонь к парню, и тот, недоверчиво покосившись, всё же передал мне сферу.
— Джонни, — на моем лице расцвела улыбка, — ты всё разгадал!
— Да? — откровенно удивился тот. Вся команда глядела на нас двоих, и я ткнул пальцем в последнюю фигурку и тут же передал артефакт парню.
Спецэффекты начались как раз в тот момент, когда Джонни взял сферу — выглядело так, будто артефакт среагировал именно на него. Свечение шара начало набирать обороты.
Джонни выпучил глаза и поднял артефакт повыше, держа буквально над головой. Впрочем, он, как и все остальные, смотрели не туда — шар был лишь ключом. Ключом зажигания, в каком-то смысле.
Скрежет и грохот камня заставили всех подскочить — даже я честно изобразил удивление, когда небольшая платформа — та часть постамента, на которой возвышалась моя же статуя — отделилась от монумента.
Пока вся группа удивленно переглядывалась, я в два шага вскочил на платформу.
На месте мы будем явно быстрее, чем через три дня.
— Джонни, — я хмыкнул, — да ты, кажись, избранный.
***
Чёрт бы побрал их самонадеянность.
Командир отряда оглядел остатки своей группы почти безнадёжным взглядом. В живых — вместе с ним — оставались всего четверо. И как так вышло?..
Казалось бы, что может произойти с группой из десяти человек? Лучшее вооружение и технологичные экзокостюмы, тщательная подготовка, запас провианта… Шесть лет опыта походов в Туман, в конце концов. Достаточные основания для того, чтобы выйти заранее, не дожидаясь большой экспедиции, рискнуть и сорвать куш; всё же Крейн платил немало. А риск… это неотъемлемая часть любой вылазки в Туман.
Но каждый раз, когда подобное дерьмо случается, ты осознаёшь, насколько же был к нему не готов.
Самым гнетущим было… то, что ничего не происходило. Никаких тварей из-за угла, драк, крови. Ничего привычного и обыденного для любого Плутающего.
Вот только из десяти их осталось четверо, и они уже третий день блуждают по этому грёбаному бесконечному подземелью.
Отряд шёл вперёд, почти не останавливаясь; командир и сам не знал, что за чувство вело их вперёд, не давая развернуться — может, то же самое, что кололо иголками их разум всё это время? То же, что заставляло видеть в каждой тени и каждом звуке свой худший кошмар? То же, что одного из них застрелиться на месте?
