Я уйду с рассветом полностью

Я проследил за ее взглядом и на противоположной стороне улицы увидел женщину. Та шла быстро, глядя под ноги, скрестив руки на груди и сгорбившись, словно от сильного удара.

— Держитесь рядом, — тихо сказал я. — Наверное, она помогала евреям, поэтому ее и обрили.

— Может быть, — кивнула Шарлотта.

Все время, пока мы продолжали наш путь по улицам, она не выпускала мою руку.

Нескладный и понурый мужчина с особым тщанием подметал крыльцо, и когда мы поравнялись с ним, Шарлотта спросила:

— Pardon, monsieur, savez-vous où est la bibliothèque missionnaire?[35]

Он повернул голову на голос, но посмотрел куда-то поверх плеча моей спутницы, и я понял, что мужчина слепой. Они обменялись несколькими фразами. Как только он закончил объяснять, как пройти в библиотеку, Шарлотта поблагодарила его и обратилась ко мне:

— Он сказал, что Дом миссионеров находится на рю Мунэн, около термальных бань. Библиотека должна быть внутри здания. — Она улыбнулась. — Он слышал, что здание большое и белое и называется «Бетани», но лично ему библиотека никогда не понадобилась.

— Могу себе представить, — хмыкнул я.

Следуя указаниям слепца, мы с легкостью нашли Дом миссионеров. Как только мы вошли в сводчатую дверь, нас приветствовала женщина. Пошептавшись с Шарлоттой, она повела нас через все здание в библиотеку.

В помещении стояла благоговейная тишина, характерная для святилищ. Воздух был пропитан запахом старой бумаги, из высоких арочных окон струился свет. Мы прошли еще немного, и Шарлотта наконец выпустила мою руку. Полки, словно ребра, тянулись вдоль всего длинного узкого зала.

Проводившая нас женщина позвала кого-то. Ответа не последовало, и она, сказав что-то Шарлотте приглушенным голосом, удалилась прочь.

— Она предложила нам подождать тут, пока она ищет библиотекаря. — Шарлотта отошла и принялась рассматривать полки, заполненные книгами.

Я последовал ее примеру и двинулся вдоль стеллажей. Единственное название, которое я смог прочитать, было напечатано золотыми буквами на толстом кожаном потрескавшемся корешке на полке у меня над головой: «La Bible».[36]

Взяв увесистый том в руки, я обнаружил среди страниц тонкую деревянную пластинку. Я обхватил рукой корешок, осторожно раскрыл книгу, перелистнул тончайшие страницы — и мне открылся спрятанный в середине рисунок: портрет, выполненный в темных приглушенных тонах.

Не повышая голоса, я позвал Шарлотту. Через мгновение она присоединилась ко мне. Без слов я протянул ей Библию.

Когда она подходила, брови ее вопросительно поднялись, но стоило ей увидеть мою находку, как глаза у нее округлились. Я услышал подавленный вдох.

— Рис… — с трепетом прошептала она. — Я думаю… Я думаю, что это Рембрандт.

— Голландский художник?

Ее пальцы зависли над портретом, но не касались его.

— Живописец, гравер, рисовальщик. Само воплощение великого художника. — Она оглядела нагруженные книгами полки вокруг. — Какие еще сокровища тут спрятаны?

— Bonjour…[37] — чуть слышно обратился к нам издалека женский голос.

Моя спутница вздрогнула. Я аккуратно закрыл Библию и поставил на место.

Шарлотта повела меня между рядами стеллажей, а из-за дальних рядов нам навстречу выступила та, что нас окликнула, — просто одетая девушка с приятным лицом, черты которого подчеркивал темный шарф, обернутый вокруг головы.

— Puis-je vous aider?[38]

Шарлотта ответила ей:

— Demain, dès l’aube, a l’heure où blanchit la campagne, je partirai.[39]

Девушка отшатнулась, будто от удара, потом посмотрела на меня, и ее глаза расширились. Было видно, каких усилий ей стоило вновь заговорить.

— Vois-tu, je sals que tu m’attends. J’irai par la forêt, j’irai par la montagne. Je ne puis demeurer loin de toi plus longtemps…[40] — Голос ее дрогнул.

Шарлотта расслабилась, и я понял, что моя спутница услышала именно то, о чем предупреждал Бенуа. Она начала было отвечать, но библиотекарша удержала ее за руку, призывая замолчать, и обернулась, указывая на пустой дверной проем.

— Вам нельзя тут находиться, — прошептала девушка по-английски, но с сильным акцентом.

— Я…

— Я знаю, кто вы. Вам нельзя тут находиться. За нами следят.

— Кто? — Шарлотта стрельнула глазами в меня.

Девушка покачала головой, заламывая руки.

— Вы узнали меня, — сказал я.

— Оуэн вас очень любит. Но его здесь нет.

— Когда вы его видели в последний раз?

Она пожала плечами и, шагнув к полкам, принялась поправлять книги.

— В прошлом месяце. Он связывается с нами лишь время от времени, и мы не всегда знаем, когда ему вновь понадобится убежище.

— Кто это «мы»? — спросила Шарлотта.

Раздался стук, и дверь со скрипом открылась. За ней показался мужчина средних лет в церковном облачении.

— Нанетт?

Когда он заговорил, Шарлотта присмотрелась к ним обоим.

Девушка сглотнула, у нее перехватило горло; раздавшийся голос зазвучал хрипло.