— Ну так вот, — я снова потряс одним из коробков и присел на корточки. — Вот в этом есть спички, а в остальных нет. Слышите? — я потряс другой рукой. — Они пустые, можете заглянуть. Теперь, кручу-верчу, запутать хочу. За хорошее зрение — три рубля премия! Вот так вот и вот так. Где нужный коробок?
Делал специально неспешно, чтобы руководитель мог не упустить коробок из вида.
Ледоимцев покосился на других мужиков и показал на крайний правый. Я пожал плечами:
— Попробуйте, посмотрите!
Тот хмыкнул и ткнул коробок носком ботинка. В ответ ни звука. Я поднял коробок и потряс — ничего.
— Первая попытка прошла не очень. Посмотрим, какой будет другая попытка? Вот, слышите? Гремит коробочек. Гремит и ждёт, пока его разгадают. А вот теперь положим его и начнём крутить-вертеть, на ветер свистеть. У кого хорошее зрение? Кому там нужна премия?
— Вон тот коробок, вон тот, слева! — раздались выкрики. — Да точно я видел. Мамой клянусь!
— Пробуй, начальник, — хмыкнул я. — Бери-бери, не смущайся.
— Но-но, соблюдай субординацию, — буркнул Ледоимцев и снова выбрал коробок без звуков.
— Ну ни хрена себе! — ахнули мужики. — А ведь это тот самый коробок…
— Не, ребята, тот самый у меня в руках! — я потряс. — Вторая попытка сгорела. Будем пробовать третью?
— Давай, Палыч! Чего уж там! Прямо в самом деле интересно стало! — раздухарились сотрудники. — Вот где-то он нас накалывает, но непонятно где!
— А это как с помидорами, — улыбнулся я. — Вроде бы все люди, все человеки, только одним полупустые помидоры попадаются, а другие целёхонькие забирают.
— Дурацкая аналогия, — буркнул руководитель.
— Может и дурацкая, — пожал я плечами. — Что, будем пробовать третий раз? Или на двух остановимся?
— Палыч, давай! Чего уж там? — наперебой начали выкрикивать сотрудники.
— Давай, крути свои коробочки, — насупился тот.
Я специально поднял и потряс в третий раз коробок. Раздался шум бьющихся друг о друга спичек. Потом положил его между двумя остальными и перемешал. На этот раз без присказок.
— Ну что? Где нужный коробок?
— Вот этот! — Ледоимцев как коршун на цыплёнка прыгнул на коробок и схватил его цепкими пальцами. — Теперь уже не подменишь… Чёрт! Как же так?
Он открыл пустой коробок. Остальные люди ахнули. Блин, ну до чего же бесхитростный народ. Смотрели на меня, как на мага. А я тем временем цапнул оставшиеся два коробка и сунул их в карман.
— Надеюсь, на этом наш инцидент исчерпан? — спросил я.
Руководитель цеха насупился, покраснел и посмотрел на меня злым взглядом:
— Думаешь, показал фокус и теперь всё? Ты выступил против коллектива! И ты…
— Да ладно тебе, Палыч, всё же по-честному было. Ты сам согласился, а теперь начинаешь! — тронул его за плечо мужчина с бородой. — Ну, не фартануло тебе, с кем не бывает… Петька, идём, поможешь мне с чертежом.
— Стоять! Я никого не отпускал! — ещё больше покраснел руководитель цеха. — Что это за игры вы тут устроили? Я сказал, что Жигулёв должен уволиться и он должен уволиться. Нам такие люди в коллективе не нужны! Почему это все работают на овощебазах, а он не хочет? С какого такого…
— Тише, директор идёт! — дёрнул его за рукав стоящий рядом сотрудник и показал глазами на приближающуюся процессию.
Рядом с директором завода Бородиным Павлом Дмитриевичем шли трое: заместитель директора, бухгалтер и… следователь Митрошин.
Хм, весьма оперативно! Вот прямо-таки очень быстро сработано. Видимо, очень нужно, чтобы фамилия Кантария не светилась в деле о шулерстве.
— Доброе утро, граждане! — раздался уверенный голос директора. — У вас пятиминутка? Можно мы вмешаемся?
— Да-да, конечно, Павел Дмитриевич, — кашлянул Ледоимцев. — Мы почти что закончили. Вот, распекали Жигулёва за…
— Знаю, Сергей Павлович, знаю, — оборвал его директор. — Но, с другой стороны, можно понять — проявил сознательность. Не струсил!
— Что? Как? — захлопал глазами руководитель цеха.
— Да вот так. Помог обезвредить банду карточных шулеров, за которой уже не один год охотилось КГБ. Не спасовал, не поддался страху! Сейчас дают показания и явно им всем не по одному году грозит. А вот товарищу Жигулёву…
Директор посмотрел на следователя. Тот кивнул, открыл папку и подал мне большой лист с профилем Ленина. На ней было выщелкнуто машинописью:
«Почётная грамота Жигулёв Петр Анатольевич награждается за храбрость и добросовестное исполнение долга советского гражданина»
Дальше шла подпись начальника СК МВД СССР полковника милиции Потапова С. В.
— Поздравляю, товарищ Жигулёв и от лица следственного комитета благодарю за вашу гражданскую сознательность! — следователь потряс мою руку перед лицом всего коллектива.
Челюсть Ледоимцева лежала на полу. Поднимать её он не торопился.
— Служу Советскому Союзу! — козырнул я в ответ.
— Родина вас не забудет, — ответил следователь.
После этого последовала десятиминутная речь директора о том, что я самый крутой перец в нашем цеху и другим следует быть по меньшей мере вполовину такими же крутыми, как я. После этого мне ещё раз пожали руки. Похлопали по плечу.
Увольнять меня сегодня вряд ли будут…
