– Камень бессмертен, – Шейла повела плечами, как будто они могли затечь от долгого стояния в одной позе. – Даже если разбить меня на мелкие камешки, я не умру. Просто это будет, скорее всего, очень скучная жизнь. Но этим меня не удивить.
– Откуда ты это знаешь? – полюбопытствовал я, телекинезом ощупывая замок. Штифты, планки… И блокиратор на внутренней стороне.
– Я помню, что к такому выводу пришел мой последний хозяин. Он так гордился этим открытием…
– Есть! – довольно прошептал Давет, привлекая наше внимание. – Открыл.
Вор оттолкнул дверь – двухметровую квадратную стальную плиту, обитую потемневшим от времени железным деревом – и прыгнул следом за ней, открывая дорогу следующим. Мы быстро просочились сквозь узкий проём и оказались в темнице замка Редклиф.
– Да? Кто здесь? – тихий неуверенный голос разнёсся по пустым коридорам, стоило нам подойти к, видимо, единственной занятой камере. – Есть тут кто живой? Подожди… Ты не очень-то похож на стражников эрлессы. Ты не из замка?
– Возможно. А кто ты? – заинтересовался Кусланд.
– Меня зовут Йован. Я маг… Меня наняла леди Изольда, чтобы я учил её сына Коннора. Я и учил… Пока меня не бросили сюда, – Йован опустил глаза.
– И что же ты такое натворил? – с нотками брезгливости протянул Алистер, очевидно, не понаслышке знающий о характере эрла. – Эамон не бросил бы в темницу невиновного.
– Ты не знаешь? Я думал, все знают…
– Вообще-то Йован – малефикар, разыскиваемый Церковью за нападение на храмовников, – сказал я в сторону, прислушиваясь к подземелью. Какой-то странный шорох гулял меж каменных стен, как будто невидимый ветер собирал тонкие вихри и тихо напевал свою мелодию. Я проигнорировал вопрос пленника, отошел к стене и провёл по ней рукой – холодно… Слишком холодно для простого камня.
– Чувствуешь? – прошептала Морриган, подходя ко мне сзади. – Завеса разорвана, но разрыв держат с другой стороны. Старый демон… Скорее всего, Желание.
– Гнев сильнейший из всех, но бесконечно далёк от тонких манипуляций и не смог бы создать стабильный проход. Гордыня окружила бы себя сильными, а не многочисленными тварями, – понимающе кивнул я. – Праздность не стала бы заниматься таким скучным делом, а более мелким тварям не хватит сил. Разве что Зависть… Но им свойственно маскироваться под людей.
– Это плохо? – спросил Стэн, явно не испытывающий желания слушать жалостливые речи беглого нытика.
– Не сказал бы, – я присел рядом с одним из обгорелых тел, убитых «несчастным» магом, и аккуратно снял с него амулет на серебряной цепочке. – Скорее, непредсказуемо и сложно. Демоны Желания никакие бойцы, встретившись с ним, сразить его будет легко… Если раньше он не вывернет тебе мозги наизнанку, заставив думать, что он – твой лучший друг. Храмовникам и магам рассказывают, что такие демоны порывисты и импульсивны, им чуждо планирование и малопонятен расчёт… Бред. Желание разумно, пожалуй, это самый разумных демон из всех, но у них своя, принципиально отличная от человеческой, логика. Нет, они могут перестраиваться, когда хотят этого… Но только когда хотят. Кроме того, в Тени нет понятия времени, что также налагает свой отпечаток: демоны существуют как бы вне него… В суперпозиции с любым моментом времени.
– Ты многое знаешь о них, – с намёком проронил Стэн.
– Я – Усмирённый, – равнодушно отбил его обвинение я. – Вполне логично перед тем, как пойти на такой шаг, узнать, какую выгоду и какой вред он несёт. Кроме того, после Усмирения, я занимался в основном библиотекой: составлял каталоги, расставлял книги, отвечал на вопросы всех желающих… Пожалуй, там не осталось непрочитанных мной книг. Очень удобно – помнить всё, что сочли достаточно ценным, чтобы записать на бумаге. А уж как упрощает работу, когда очередной пустоголовый юнец испортит ценный фолиант… Поверь, о демонах я знаю больше, чем кто либо ещё в этой стране.
Краем глаза я увидел, как Морриган отвернулась от нас, скрывая усмешку: кому, как не ей, понимать, сколь условен последний тезис.
– Ты знаешь, где мы можем найти эрла? – донесся до нас вопрос Кусланда.
– Да, когда эрлесса приходила ко мне, она говорила, что он лежит в своих покоях и почти не шевелится, даже дышит с трудом… – умоляюще протянул Йован, заставив нас троих поморщиться. – Я не думал, что так выйдет, человек Логейна уверял, что яд лишь вызовет плохое самочувствие…
– Веди, – Алистер распахнул дверь камеры и вытолкнул мага в коридор.
– Но я же…
– Ты поможешь нам пробиться через тварей… Или я снесу тебе голову, – недобро улыбнулся бывший храмовник, явно близко к сердцу принявший отравление Эамона. Интересно, зачем ему Йован?
