– Благодарю, но я бы предпочёл остаться здесь и навести некоторый порядок… Возможно, это ускорит возвращение всего в Башне на круги своя, – Овейн кивнул нам и попрощался, вернувшись к какому-то завалу.
– А что такое Литания Адраллы? – поинтересовался Кусланд, пытаясь перевести тему.
– Заклинание, защищающее от одержимости, – охотно ухватилась за предложенную тему чародейка. – Но есть один нюанс: каждый раз она срабатывает по-новому, с разной силой… Иногда выкидывает даже древних демонов в тень десятками, а иногда они и вовсе не замечают её, – ответила Винн, явно не знающая об этом заклинании… Ничего. Дело в том, что Литания лишь вызывает колебания Завесы, которые мешает демонам… Как бы это помягче… Выпускать из своей души щупальца, которыми обхватывается душа и энергетическая структура их обеда, что не даёт твари уцепиться, а в Тень их выдавливает сама Завеса, а не это простенькое заклинание магии Крови. Естественно, те, кто уже встречался с Литанией могут подстроиться под вызываемые ей колебания, это совсем не сложно, а потому вполне неплохо себя чувствуют. – Давайте пойдём… Вдруг ещё не поздно…
За пятнадцать минут, в течение которых мы все, кроме ведьмы и чародейки, успели обагрить оружие кровью одержимых, мы вышли к подъёму наверх и наткнулись на тройку спорящих магов.
– …зашло слишком далеко! Ульдред окончательно спятил! – крикнула единственная девушка.
– Он сражается за нашу свободу! – горячо возразил один из её собеседников.
– Свободу? И где сейчас эта свобода? Мы заперты в башне с толпой демонов, храмовники или уже затребовали Право Уничтожения, или сделают это в ближайшее время, но мы в любом случае до него не доживём – нас или сожрёт одна из этих… Тварей а то и вовсе «пригласят» в Зал Истязаний, из которого ещё никто не возвращался… кроме новых тварей!
– И что ты предлагаешь? Выход перегорожен барьером, в кладовой заперлась эта остроухая вместе со своими сородичами и теми, кто успел добежать.
– Не знаю, но я не хочу умирать! – истерично ответила девушка.
– Тихо, я что-то слышу! – крикнул один из магов за мгновение до того, как стрела Лелианы пробила его череп. Морриган бросила в магов горсть огня, а я застрелил давешнюю истеричку.
– Морриган, могу я попросить тебя?.. – не успел я договорить, как наколдованное ведьмой пламя поглотило тела мертвецов.
– И зачем это? – с отвращением спросил Давет, разглядывая обугленные трупы.
– Чтобы демоны не могли вселиться в них… Точнее, чтобы не смогли делать с их помощью что-то, вселиться-то они и в табуретку могут, – я кивнул на табурет перед одним из шкафов. – Другое дело, что тогда им вовсе нет никакой разницы во что вселяться… Давайте пойдём дальше, чем больше мы философствуем, тем больше у демонов времени.
Шейла толкнула плечом запертую дверь и мы последовали за ней. Не знаю, как остальным, а мне с каждым шагом всё больше хотелось плюнуть на обещанную Договорами помощь и уйти – Завеса дрожала от напряжения, по ней ползли трещины и волны, но мы никого не встречали… Однако всего через час блужданий по опустевшим, залитым кровью и заваленным трупами разной степени обгорелости, коридорам мы вошли в огромный зал, где раньше, в особо торжественные дни, вроде Дня Андрасте, церковники собирали всех магов для «покаяния»… Иронично, что именно здесь оказалось чуть больше пяти десятков одержимых мертвецов во главе с…
– Колдовской ужас! – предупреждающе крикнул Алистер, прежде чем ударить по нему святой карой. Окрашенная маной внутренняя энергия храмовника ударила по могущественному немёртвому, заставив его упасть на пол, разошлась в стороны, прошивая сосуды слабых – очевидно, призванных ужасом – демонов и усиливая колебания Завесы. Секунда – и рядом с ужасом вспыхивает пламя: какой-то демон Гнева успел прошмыгнуть в вызванную нестабильность.
– Ты вообще на чьей стороне? – зло рявкнул Давет, отмахиваясь от мертвецов парой мечей, объятых всеми тремя известными мне усилениями оружия. Понимая, что против пять врагов сразу ему не выстоять, бывший вор зло ухмыльнулся и направил раскрытые, насколько он сумел, ладони на немёртвых, выпуская поток тонких молний, который я поддержал наложенным тайком массовым параличом – хорошо, что эти чары никак не проявляются внешне и плохо, что против нас выступают не люди, которым сложно жить с парализованным сердцем.
Шейла рванула вперёд, расталкивая нежить и на ходу наливаясь багровой аурой, всё замедляясь и замедляясь… Уже в пять метрах от нас от шагов голема, казалось, содрогается вся башня. Шейла рухнула на одно колено и замолотила по полу, вызывая упругие ударные волны, раскидывающие нападающих. Винн словно прикинула что-то и начала плести землетрясение – то, что я не владею практикой стихийной магии, не означает, что я не знаком с теорией.
– Морриган, – мой спокойный голос, уверен, вызвал удивление даже у демонов – по крайней мере, атаку они замедлили. – Не могла бы ты сделать, как в Редклифе?
