– Эрине, а в Осацимэ тебе нравится?
– Конечно. Здесь все вольно дышат. Иранцуне ни к чему не принуждают. Чем хочешь занимайся, любым богам молись. Порядок только соблюдай. Насилие возбраняется, рабов, как у меня дома, нет. Нанять там кого, попросить – пожалуйста, помощницу по хозяйству аль няньку… Потом, попадают в Оррэморр, как правило, люди с даром, не простые, образованные. И поговорить интересно, и узнаешь много нового. К некоторым сила медленно возвращается, месяцами гостят. Многие потом совсем остаются.
– Часто новых забрасывает?
– В год с десяток наберётся. Магия по тысячам миров рассыпана. Нет-нет – очередной умелец появится. Иранцуне просят привечать, благодарят потом. Да мы и без того привыкли помогать… – Эрине испытующе посмотрела на меня: – Не примеривайся, девочка. Я же чувствую… Такие, как ты, не изменяют себе. Не предают тех, кому нужна. Ты много значишь для своего родного мира, так ведь?
Я сглотнула. Опустила голову. Затем дерзко распрямилась:
– На мне это что вышито?!
Веренийка вернула мне взгляд – прямой, строгий, проникновенный:
– Тяжело, да? Жертвовать собой… Но по-другому ты не сможешь… Тихая, спокойная, сытая жизнь в идеальном мире под опекой мудрых и справедливых богов… Дина, это для слабых. Таких, как я. А ты сама вровень с богами. В отличие от своего спутника способна и уйти, и вернуться, когда тебе хочется. Не удивлюсь, узнав, что посещала Варриеру множество раз. И переселиться могла в любой момент. Ты же из тех, кого называют Велиарами…
Мне пришлось набрать побольше воздуха:
– Эрине! Пожалуйста…
– Не скажу, – кивнула та, – я же понимаю, каково это – быть особенной. Кто-то обожествляет, кто-то боится. И никто не любит. Сложно любить избранниц богов, страдающих за весь мир…
– Мой мир нуждается во мне, – твёрдо выдохнула я, – Оррэморр только передышка.
Я стояла на мосту и любовалась лениво перекатывающимися волнами. В реке отражался великолепный алый закат. Упоительно пахло свежестью, разнотравьем, сладкий аромат цветов кружил голову. Осацимэ с обоих берегов постепенно подсвечивался золотистыми огнями окон и нежным розовым светом фонарей. С наступлением вечера гуляющих на улицах прибавилось, по воде скользили лодки с уединившимися парочками, доносился смех, плеск вёсел, обрывки разговоров. Безмятежная, безбедная, мирная жизнь.
Если я такая же, как боги, значит, они тоже страдают? Бросают своих близких, уходят туда, где в них больше нуждаются? Со стороны моя жизнь кому-то покажется раем, смотря с чем сравнивать. Я была на островах, где убогие лачуги считались роскошью. Видела Дорит, который в отсутствии Велиары полностью обезлюдел от эпидемии чумы. Посещала с посольством Аренкуг, помогая после небывалой засухи справляться с голодом. Я же родилась в Личвуде дочерью Властителей. Не страдала из-за болезней, холода и недоедания.
И сейчас самое страшное, что меня ждёт, – разделить постель с престарелым мужем. Но это не значит, что он обязательно окажется груб или жесток. Потерплю… Закрою глаза, в конце концов, представлю кого-нибудь посимпатичнее. Вряд ли он будет посещать меня каждый день. Обижать меня никто не посмеет, я же Властительница. Более того, все в один голос утверждают, что я в Риане буду окружена почётом, роскошью и вниманием. Возможно, мне посчастливится даже родить ребёнка. Родное, близкое существо… А после смерти Арвиндэйла я и вовсе смогу жить, как мне захочется. Беречь свой остров, растить внуков.
Отчего во мне сейчас царило такое отчаяние, словно жизнь с возвращением в Эрфирай заканчивается, и я вдыхаю этот запах незнакомых растений, как последний глоток свободы?!
Стемнело. На берегу вспыхнул костёр. Языки пламени таяли в ночном небе, разлетались сверкающими искрами. В воду ворвались любители запоздалых развлечений. В Эрли я любила плавать под луной. Пляжи Личвуда в это время становились безлюдны, и никто не мешал плескаться в море сколько душе угодно. Таких широченных прекрасных рек в Эрфирае не имеется, разве что в Лизйи протекает Пирк, не уступающий этой красавице. В Лизйи я находилась недолго и по делам, почему бы не воспользоваться и не искупаться в Исходном мире?
– Дина…
Я повернулась на голос. Вэль в нерешительности замер в паре шагов от меня, и в его огромных глазах отражался огонь костра или же золото рианской магии, а может, и всё вместе взятое. Мне давно расхотелось злиться на него, как и что-то доказывать и вымещать обиду за несправедливость сложившегося положения.
– Вэль, – заговорщицки шепнула я, – ты нырять умеешь?
– А то! – Он перегнулся через перила моста. – Как ты думаешь, здесь глубоко?
– Ты маг или так, тайком от учителя заклинаний нахватался? – Я вздёрнула бровь, затем решила, что в темноте моё лицо не рассмотреть, и создала огонёк, осветивший нас.
– Вчера был грозой всего Риана, – засмеялся парень, отправляя заклинание в поисках дна. – Ого! Тут боевой корабль потопить можно!
– Рискнём? – подмигнула я.
– А одежда?
– Магией притянем. Сейчас отворачиваемся, раздеваемся, создаём морок…
– И с перил на счёт три!
Я залезла первой. Под весом Вэля доски жалобно скрипнули.