«Однажды, в приятный вечер, какие бывают в Парагвае, когда юго-восточный ветер очистит и освежит атмосферу, я пошел поохотиться в мирной долине неподалеку от дома доньи Хуаны. Внезапно я натолкнулся на чистенькую и непритязательную хижину. Взлетела куропатка. Я выстрелил, и птица упала. Хороший выстрел! — раздался голос у меня за спиной. Я обернулся и увидел кабальеро лет пятидесяти в черном плаще.
Я извинился за то, что выстрелил так близко от его дома; но он весьма сердечно и любезно, как водится в этой стране, жители которой отличаются прирожденным, безыскусственным гостеприимством, пригласил меня посидеть с ним на веранде, угостил сигарой и велел негритенку подать мне мате.
Хозяин заверил меня, что мне не за что извиняться и что его угодья в моем распоряжении, когда бы мне ни захотелось поразвлечься охотой в этих местах.
Через маленький портик я увидел небесный глобус, большой телескоп, теодолит и разные другие оптические и механические инструменты, из чего сейчас же заключил, что передо мной не кто иной, как «серое преосвященство» правительства собственной персоной.
Инструменты подтверждали то, что я слышал о его познаниях в астрономии и оккультных науках. Он не заставил меня долго колебаться в своей догадке. Перед вами, сказал он мне с иронической улыбкой, указывая рукой в сторону темноватого кабинета-лаборатории, мой храм Минервы, который дал пищу для множества легенд.
Я полагаю, продолжал он, что вы тот английский кабальеро, который живет в доме моей соседки доньи Хуаны Эскивель. Я подтвердил это. Он добавил, что уже собирался навестить меня, но что ввиду политической обстановки, сложившейся в Парагвае, и в частности обстоятельств, касающихся его лично, он считает необходимым жить в полном уединении. Иначе, пояснил он, его самые безобидные поступки непременно будут истолковываться как самые злонамеренные.
