– Их плохо прошили! – попытался оправдаться Юнхо и быстро отвернулся. – Я ничего не видел!
Хён снял с себя куртку и подвязал ее на поясе, чтобы прикрыть ей образовавшуюся на джинсах дыру. Повернувшись лицом к Юнхо, он с ухмылкой произнес:
– Если честно, в США я волновался, что ты забудешь меня и моего лица на экранах Сеула тебе будет недостаточно. Зато теперь я уверен, что мой образ навсегда отпечатался в твоей памяти.
– Не то слово… – поморщился Юнхо.
– Ладно, – согласился Хён, – это была неудачная шутка.
– Ты идешь к Минне? – спросил Юнхо и обхватил Хёна за ноги. – Какие у тебя планы на нее?
– Ты параноик! – огрызнулся Хён, отцепляя его от себя. – Я поеду в свою студию и буду там репетировать новую песню.
– Но ты же будешь видеться с ней, да? – не отставал Юнхо.
– Послушай! – Хён не выдержал и отшвырнул его к спинке дивана. – Я целый год чувствовал боль, которую ты чувствуешь сейчас!
– Ты мог бы забыть Минну и наслаждаться жизнью.
– Почему бы тебе самому не поступить так? – отрезал Хён, но наткнулся на мокрые глаза Юнхо и смягчил тон: – Ты мой брат. Я поступлю честно и не стану навязываться Минне. Но если она попросит, я буду рядом с ней. Потому что ты поступил с ней жестоко.
Взгляд Хёна был холодным и лишенным прежней искры. Юнхо с досадой осознал, что Хён настроен решительно, и промолчал. Ему нечего было возразить или добавить. Он лишь смотрел, как Хён уходит и как слепящий свет дверного проема съедает его длинный силуэт.
Хлопнула входная дверь, и Юнхо остался в холле один. Несколько минут, сидя в полной тишине, он размышлял о том, может ли Хён занять его место в сердце Минны и как пережить эту боль. Но постепенно его мысли переключились на записку дяди Кангиля и суд над Ан Минджуном.
Юнхо поднялся в свою спальню и прилег на кровать, но тут же нервно вскочил на ноги и отправился в ванную комнату. Включив воду, он приблизил лицо к зеркалу и стал придирчиво разглядывать его. Несмотря на бессонные ночи, выглядел он неплохо. Мышцы почти не болели, и это означало, что проклятие окончательно покинуло его тело. Скорее всего, оно вышло из него еще на свадьбе Юри вместе с темной энергией невесты-вонгви.
– Так и быть, – прошептал Юнхо и ополоснул голову холодной водой. – Если Совету Небес нужен правитель, то я стану им. Но не таким податливым, как они рассчитывают. Я найду Пак Сондже и заберу у него Ёнджу. Тогда Совет Небес ответит за все свои поступки, и, возможно, я смогу вернуться к Минне…
Внезапно Юнхо увидел в отражении ёндона. Пушистый черный комок носился по плиточному полу и стенам, с хлюпаньем поедая пыль. Поймав на себе грозный взгляд Юнхо, ёндон замер и упал, словно мертвый.
– Не притворяйся, – улыбнулся Юнхо и, низко наклонившись, пощекотал ёндона пальцем. – Госпожа Ли Дуаль случайно принесла тебя в чемодане, да? Раз уж ты поселился здесь, позаботься о ее зачарованных вещах и чистоте в ее спальне.
Ёндон открыл круглые глаза, что-то пропищал и убежал прочь.
Первое, что увидела Минна, когда очнулась, – зеленые стены своей комнаты. Она лежала в кровати в верхней одежде. Было раннее утро, и серый пейзаж за окном навевал щемящее чувство безысходности. Обогреватель был выключен, и настольный термометр показывал минусовую температуру. Но кожа не покрывалась мурашками, и ее не покалывало от холода. Минна поднесла ладонь к губам, но не ощутила своего горячего дыхания. Теперь это казалось ей сущим пустяком, ведь она каким-то образом выбралась живой из Реки Мертвых. Неизвестно, была ли невеста-вонгви видением, или она на самом деле спасла Минну от смерти, но поблизости духа не оказалось.
Когда Минна позвала Ун Шина, чтобы рассказать ему о случившемся, он не откликнулся – еще не вернулся. В панике Минна нащупала в кармане пальто телефон и дрожащими пальцами набрала номер токкэби. Из динамика послышались длинные гудки.
– Ну же, Ун Шин! Пожалуйста, ответь! – умоляла Минна.
Гудки оборвались, и Минна разочарованно швырнула телефон в сторону. Беспокоить Хёна, Юри или Ён Сихвана было бессмысленно. Вряд ли они много знали о Реке Смерти и могли убедить Юнхо вернуться. Сердце Минны снова стянуло тугим узлом. Судорожно всхлипывая, она присела на кровати и обняла подушку.
«Почему все это происходит именно со мной? Раньше мне трудно было поверить, что Юнхо обратил внимание на кого-то вроде меня. Я же просто смертная, обычный человек и даже не красавица. Меня предупреждали, что квисины все чувствуют иначе. Да, Юнхо старался быть лучше, но в глубине души я всегда боялась, что однажды он снова оставит меня. Он попрощался так легко, будто любовь можно отменить по щелчку пальцев. Я бы не смогла поступить с ним так жестоко!»
Тишина в комнате угнетала. Находиться в пустой квартире, где все напоминало о Юнхо, было невыносимо. Минне хотелось кричать от боли, но тогда услышал бы Пак Убин и прибежал с расспросами. Она уткнулась лицом в подушку и рыдала до тех пор, пока не поняла, что по ее щекам перестали катиться слезы. Мышцы живота тоже не болели, как это бывало после долгой истерики.
