Как раз в момент, когда стены поменяли направления, Гоголь приказал запускать новую группу, при этом вызвав подкрепление. Все это я рассказал своим, и не сказать, что они сильно обрадовались Исполинам, так как те, уже были достаточно сильны.
Мы пошли по ступенькам вниз.
— Значит, раз в пятнадцать минут, — пробормотал Онегин, шагая рядом.
И в этот же момент под ним провалилась ступень, и он упал вниз. Ступень тут же закрылась.
— Женя! — прогремел Толстой. — Сейчас!
И наклонившись, со всей дури ударил в лестницу. Стены задрожали.
— Лева… — аккуратно ударил его по плечу Федор. — Мне кажется, если ты еще раз так ударишь, то мы вполне можем быть погребены заживо.
Я тоже почувствовал странные колебания вдоль стен, когда Толстой начал бить по полу. Видимо, это своего рода защитная реакция. И оказался прав.
За нами начал смыкаться проход.
— Со мной все нормально! — раздался голос Онегина через Болванчика. — Тут проход, иду по направлению нашего следования.
— А нам бы поторопиться! — крикнул Данила и первым побежал вперед.
Мы побежали за ним.
— Эх, погорячился я, старый дурак! — ругался на себя Толстой.
— Эй, впереди, не убегайте далеко! — крикнул я как раз в тот момент, когда стена отъехала и отделила нас от Федора. В последний момент к нему успел прыгнуть Антон.
— Да, ты блин, издеваешься? — выдохнул я.
Кажется, разделиться нам все же придется. И не по своей воле.
Вниз спускалась очередная группа. Удобно, что после того, как Петр Первый взял бразды правления той самой организации, нанимать нужных людей стало намного проще. К тому же, переправка через границу также не составляла проблем.
— Господин, все готово. Исполины внутри, — подошел к Гоголю командир, отвечающий за этих странных существ.
— Замечательно, заходим, — улыбнулся он.
Подойдя к автомобилю, открыл багажник и достал оттуда странную связку. Обычно, на подобной ленте были гранаты или магазины патронов, но в этот раз это были небольшие склянки с каким-то темным порошком.
Обмотавшись двумя такими лентами, Гоголь проверил меч и направился вниз.
— Какая обстановка внутри? — спросил он.
— Тишина. Первые группы уже достигли одного большого зала.
— Зала? — удивился Гоголь.
Что же там за катакомбы такие? И он бы мог скинуть все на Исполинов и просто ждать. Вот только приказ от Петра был поставлен четкий. Ему необходимо было убить всех и лично достать документ.
Он отпихнул ближайших магов и сам спустился вниз.
Там он попал в лабиринт.
— Занятно… — хмыкнул он. — Владимир действительно все это построил один?
— Что вы сказали, командир? — раздался голос мага со спины.
— Ничего…
Они дошли до первого зала. Там уже обосновалась большая часть солдат. Все ждали дальнейших указаний, потому что тут было несколько проходов.
— И чего ждем? — удивился Николай. — Делимся на группы и вперед!
Как только все разошлись, стены задрожали.
— Обвал? — удивился командир последней группы.
— Спокойно, — поднял руку Гоголь. — Тут наверняка есть ловушки. Как обстоят дела с ищейками?
— Они нашли следы. Есть данные, что они разделились. Это все. Стены содержат странную магию, которая блокирует все эманации энергии. Очень сложно отследить…
— Ясно. Где след Кузнецова? — буркнул Гоголь.
Маг показал на коридор впереди.
— Но мы не знаем… Может, стоит подождать, пока их найдут Исполины?
— Заткнись, — не оборачиваясь, произнес Гоголь. — Я могу создать целую армию солдат, вы мне нужны только на подстраховке!
Но как только он скрылся в коридоре, стены вокруг него пошли ходуном и начали изменять все вокруг. Дорога, которая вела вперед, резко ушла в бок и вниз, закручиваясь спиралью.
Было необычно, но не для Николая Васильевича.
— Ты что, Володя, зараза, решил похоронить меня живьем? Не выйдет! Я вылезу!
Ему была знакома эта магия. Она относилась к магии земли, и могла изменять комнаты и помещения, как угодно. Вот только это была одна из сложнейших техник. Мало того, что должна была быть предрасположенность, так еще и использовать ее можно только на высшем ранге.
— Какой же ты предсказуемый, — улыбнулся Гоголь и прижал ладони к стене.
В глазах мелькнула искра. Он попытался деактивировать это заклинание, но в момент что-то сверкнуло и силой откинуло Николая, как будто разрядом тока.
Это уже был вызов. Как будто ему Кузнецов показал средний палец даже с того света.
— Ладно, что ж… Придется поблуждать…
Как только Федор с Антоном откололись от нас, стало чуть спокойнее. Лев Николаевич был собран. Вот в ком я был уверен, так это в нем. Ни капли слабины. Зато Данила…
Собственно, а что я ожидал? Он гонщик, а не маг и боец.
— Держись ближе, — сказал я Дание.
— Да я бы с удовольствием приклеился к вам, если это поможет!
Я же отслеживал других наших товарищей. Болванчик приклеился к каждому к груди для большей достоверности. Заодно мне будет известно их состояние.
Теперь интерфейсы каждого у меня перед глазами.
Онегин шел на север. В противоположную от нас сторону. Сердцебиение ровное. Ни капли тревоги.
