— Так вот, — проигнорировала его Катя. — У них сейчас небольшой тур по моей просьбе. Они искали Асю, но почему-то след их привел в Северную Европу. Ну точнее, они вышли на след преподавателя из КИИМа — Буслаева. Он сейчас где-то в Пруссии. Мои же ребята во Франции. Там они связались с агентом д’Артаньяном, он как-то работал с князем Есениным. Они уничтожали генерала хаоса. Так вот, он сообщил очень неожиданную новость. В ночь покушения на посла Фанерова, д’Артаньян и его бравые парни находились близ того места.
— Ты сказала покушение? — приподнял бровь Петр.
— Именно, пап. Среди людей д’Артаньяна был лекарь. Атос кажется… Короче, как только убийца ушел, они спасли мужика! Прикиньте! Но они его спрятали, чтобы покушение не повторилось.
— А почему они ему вообще помогли? — спросила Мисс Палмер.
— Они сказали, что посол много хорошего для них лично сделал. Они опасались связаться с кем-то из Кремля, опасаясь, что это покушение было как раз из-за смены власти. Вот они и потихоньку его у себя и лечат.
— Вот это номер, — шлепнул себя по коленке Петр. — Ай да Гоша, ай да сукин сын!
— Кстати, а где его сын? — неожиданно произнес Трофим. — Разве он не пропал?
Тусклый свет небольших кристаллов прокладывал путь к очередному залу размером со спортивный зал в КИИМе. Все стены были облицованы деревянными досками. Они не сильно подверглись времени, но все же на них были трещины и вмятины. Всего в помещение вели четыре входа, и все они были закрыты простыми деревянными дверьми без замка.
Именно в эту комнату и вышел Женя Фанеров.
Он не смотрел по сторонам. Его взгляд был направлен в пол. Остановившись в центре, он прислушался:
— Выходи уже. Я знаю, что ты там.
Одна из дверей медленно заскрипела.
— Да как ты смеешь так общаться со старшим? Тебя в детстве родители не учили манерам? Хотя я видел тебя в детстве. Ты был совсем непослушным ребенком.
В дверном проеме стоял Гоголь и с улыбкой смотрел на Женю.
— Предатель. Даже не смей говорить о моих родителях.
Гоголь же пошел по дуге, обходя парня со спины.
— Я слышал про тебя. Наводил справки. Думал, ты доставишь мне хлопот. Но ты оказался слабым, потрепанным. Ну как, все так же тратишь деньги рода, направо и налево?
— А тебе, я смотрю, нравится выполнять роль местного палача на полставки? Удивительный карьерный рост. От главы Канцелярии до зашоренного убийцы, который по первому зову хозяина бежит выполнять поручение, за косточку.
Фанеров смотрел только на своего злейшего врага. Он поставил на кон все, чтобы достать этого человека. Большего ему и не надо было.
— Ха… Ха-ха-ха! Ты можешь дерзить в ответ!
— Почему? — Женя повернулся к Гоголю. — Почему ты убил его? Вы же были друзьями! Вы же вместе учились в одном институте! У вас был один учитель!
— Почему⁈ — удивился Гоголь и снял плащ.
Его тело было крепким, мускулистым, с множеством мелких металлических вставок и заклепок. На нем был специальный костюм, по которому бегали искорки энергии.
— Вот почему! Сила! Я выбираю сторону победителя! Зачем смотреть назад? Твой отец давно стал не угоден царю и мне! Он только ныл, что хотел сражаться. Что ему нужен был сильный соперник, но что по итогу? Он не выдержал даже одной моей атаки.
— Как?
— Да все просто! Достаточно начать угрожать какой-то бабке с ребенком! — кричал Гоголь. — Разумеется, он их защитит! Даже ценой своей жизни! А там, дело техники.
Фанеров несколько секунд смотрел на него немигающими глазами, но губы сами растянулись в улыбке. Прикрыв рот ладонью, он сперва пытался сдерживать смех, но не выдержал и рассмеялся на весь зал.
— Жалкий, жалкий Гоголь. Напасть со спины, при этом прикрываясь какой-то старухой и ребенком? О какой силе ты говоришь? Так мог поступить любой наемник среднего уровня, болван! — вытерев слезинку с глаза, он продолжил. — И ты еще смеешь этим гордиться? Это вдвойне жалко!
— Можешь смеяться сколько угодно. Но результат не изменился. Твой папаша мертв, и его убил я. И скоро ты отправишься к нему навстречу. Я это устрою.
— Правда? — Фанеров наклонил голову на бок и в глазах сверкнули два огонька. — Сперва я убью тебя, а потом отец, там, наверху, добавит. Тут нет старух или других людей, которыми бы ты мог прикрыться.
— А мне и не надо.
Гоголь скинул с себя ленты с черными колбами и размахнувшись, разбил их о землю.
— Давай посмотрим, насколько ты сильный, Женя Фанеров. Справишься ли ты с железным песком?
— Медленно… — раздался голос за спиной Гоголя, и мужчина почувствовал легкую боль в левой руке.
Опустив взгляд, он увидел, как из нее хлещет кровь.
«Что? Откуда такая скорость? Разве он не в ранге Специалиста? Что это за движения?» — промелькнуло в голове у Николая.
— Ты умрешь! Как твой отец! — зарычал Гоголь.
Рана начала медленно затягиваться, а металлический песок подниматься в воздух, создавая вокруг хозяина что-то наподобие кокона.
— Жалкое зрелище, — только и фыркнул Фанеров и начал двигаться зигзагообразными скачками.
Песок превратился в щупальца и начал преследовать Фанерова, вот только все было безуспешно.
— Как ты…
