Исполины были серьезными противниками, и я прекрасно осознавал, что будь у меня ранг поменьше, мне бы с ними не справился. Зато теперь это была хорошая разминка. Им даже удалось меня пару раз задеть. Вот только обе атаки врезались в щит. Напоследок, я попросил Болванчика не убивать магов и оставить их мне.
И к моему удивлению, когда детальки от них отлетели, те принялись помогать Исполинам победить меня. Даже Данила понял, насколько это глупый поступок.
Я не сдерживался и на их глазах превратил в груду металлолома их два козыря, а потом прокачал себе немного портальной магии. Тут уже их никто не помилует. А так хоть умрут с пользой.
Антона я закинул на плечо и дошел с ним и Данилой до Онегина и Толстого. Оба мужчины были рады, увидев ребят живыми и почти невредимыми.
— Должен признать, — посмотрел я на своего водителя. — Храбрость у тебя не только на трассе.
— А что там случилось?
— Он встал один против двух Исполинов, — гордо сказал я.
— О-о-о, — хором произнесли мужчины, посмотрев на Данилу.
— Да чего уж там… — махнул он рукой. — Я же так… Выигрывал время. Потом пришел начальник и все закончилось минут за пять.
Из всей группы не хватало только Федора, который хрен пойми где шлялся по лабиринту, но, думаю, он не сильно расстроится, если мы его не будем искать. К тому же мы точно с ним встретимся ближе к выходу. А нам осталось половина пути. К тому же, солдаты были далеко.
— Итак, все это замечательно и дальнейший путь пройдет без приключений, но у нас, возможно, появится еще один человек в нашем коллективе.
— Да? — удивился Онегин. — Кто-то пришел на подмогу? Пушкин?
— Если бы, — грустно ухмыльнулся я. — Женя Фанеров только что убил нашего преследователя.
— Погоди, — насторожился Толстой. — Хочешь сказать, что Фанеров-младший победил Гоголя?
— Ага, — кивнул я. — Вот такая вот ситуация.
— Но… Как? Он же… Ну не прям сильный, как мы, — скромно произнес Толстой. — Но все же он был начальником Канцелярии… Брат Ольги Романовой. Кстати, как ей об этом сказать?
— Думаю, она не будет против, — пожал я плечами.
— Ну, знаешь, Михаил, она может и не против, — вздохнул Онегин. — Но ее род… Ну, надеюсь, все обойдется.
— Тогда вы тут приведите Антона в чувства, а то парень спасал моего водителя. Но он силен… Уж не знаю, что вы с ним сделали, Лев Николаевич, но может и вы когда-нибудь меня чему научите.
Толстой только погладил бороду и улыбнулся.
— Ты так больше не шути. Иди за Фанеровым, мы приведем Антошу в чувства.
Я поблагодарил и выскочил в ближайший коридор.
До Жени мне надо было преодолеть несколько проходов и один зал. Как раз в него только что вышла очередная группа наших преследователей. К ним у меня жалости не было. Портальное заклинание на сегодня закрыто, так что я не стал мудрить и доверил моему кровожадному питомцу разобраться с ними, желательно как можно быстрее. Болванчик понял это по-своему.
И когда я пробегал через этот зал, пришлось отворачиваться. Уж больно было неприятно.
Женя валялся на уровень ниже, так что я спровоцировал лабиринт, надеясь, что он выведет меня куда надо. Несколько молний в стену и это сработало. Подо мной открылся люк, куда я и спрыгнул.
Несколько поворотов, и вот он, Женя собственной персоной, лежит звездочкой, балдеет, смотрит в потолок и улыбается.
— Живой? — подскочил я.
— О, Кузнецов, — блаженно ответил он. — Да все нормально. Просто решил немного полежать. Ты чего вообще тут забыл?
— Ты че, ополоумел? — удивился я, мысленно давая приказ Лоре, чтобы она проверила его на всевозможные травмы. — Как ты нашел это место?
— Хех, тебе действительно интересно? — повернул он ко мне голову. — Ну слушай. За вашей компанией много кто охотится. А когда из Кремля выезжают машины и их на выезде из города встречает армия, то тут все становится понятно. Так что пришлось просто следовать за ними. Потом убить всех, кто на поверхности и найти Гоголя, — он ухмыльнулся, но как-то без настроения. — Ты бы видел его глаза, Кузнецов, он до последнего не мог понять, как так получилось, что он весь такой сильный смог проиграть? С его то магией?
— Да я тоже, если честно, удивлен… — я сел перед ним на корточки. — У тебя нога сломана, давай починю.
— Я думаю, если ты сейчас что-то сделаешь, то может что-то произойти и кто-то может умереть. И это не ты.
Но да… старый-добрый Фанеров. Опять в своем репертуаре. Поначалу я думал, что встречу того, кого видел в баре. Того Женю, который серьезно относился ко всему, что его окружает.
— Что-то ему очень хреново, — заявила Лора. — У него разрыв селезенки. Печень и легкие повреждены. В трахеях кровь. И при этом еще и костная ткань попала в кровь. Да и перелом открытый! И чего это он не использует энергию? — Болванчик начал кружить над Фанеровым. — Ага… поняла… Нестабильное внутреннее хранилище.
Лора сидела с другой стороны и с сосредоточенным видом смотрела на Женю.
— Ну тут нужно постараться… — она хрустнула пальцами и на ней тут же появился операционный халат. — Дай мне доступ…
— Да бери на здоровье, — кивнул я.
Фанеров непонимающе смотрел то на меня, то на Болванчика.
