— Почему ты просто не рассказал мне об этом? Если бы поставил в известность, я бы сюда не приехала. Я больше часа полагала, что ты мёртв! Эгоистичный идиот, — ударила его в грудь ладонью, чувствуя, как из пепла оплаканных надежд возрождается прежний гнев.
— Ты бы меня в любом случае не послушала. Если бы я сказал, что иду изображать трупа, тебе бы понравилась эта идея?
— Это куда лучше того, через что ты заставил меня пройти.
Влад поднял мою ладонь и прошелся взглядом по разбитым костяшкам пальцев и стертым в кровь локтям. Я видела, что он всё еще злится, но сейчас именно беспокойство брало над ним верх.
Мужчина заглянул в мои заплаканные и красные глаза и тихо сказал:
— Хорошо. Извини, что тебе пришлось это пережить. Мне даже обидно, что ты настолько в меня не веришь. Ну смех же — какие-то менты просто взяли и застрелили меня. Если бы это было правдой, я бы сгорел от стыда.
— Если бы это было правдой, я бы достала твой труп, оживила и снова прибила!
— Ладно, дурашка, — поцеловал в уголок губ и прошептал, — я понял. Умирать всё равно больше некому. Влад Морроне и правда мертв. Мы наконец-то сможем стать свободными.
— А что насчет меня? Разве у них не будет ко мне вопросов? Всё же я буквально своими глазами видела его смерть.
— Я закинул им байку насчет того, что в том доме мы с Дэвидом решили свести счёты. Я убил его отца, и логично, что он захотел мне отомстить. Про тебя никто не узнает, в борделе я уже сжёг все записи и попросил одного из своих ребят удалить твои данные с компьютера.
— Что?! Ты убил его отца?
— Ох, дурашка, это разговор для другого дня, — потрепал меня по голове и улыбнулся, — нам пора на самолет. И, если бы ты не решила самовольно выйти из дома, у нас было бы время собрать вещи. А сейчас…что же, ты сама это выбрала. Полетим налегке.
Я смотрела в его сияющие глаза и не могла убрать ладонь с груди. Мне больше не нужно было беспокоиться о контракте, потому что Влад, сам того не зная, безумно помог. Я просто наслаждалась теплом его рук и была готова последовать за ним в любую точку планеты — лишь бы вместе. Больше никогда не порознь.
Когда мы сели в самолет, он наконец-то рассказал о причинах своего инсценированного убийства:
— Все должны были поверить в то, что я мертв. Я не хотел бегать и шарахаться от камер, опасаясь обнаружения. Помнишь, я как-то сказал тебе, что уйти из этой сферы невозможно, только через смерть? — я кивнула и, затаив дыхание, продолжила его слушать, — это истинная правда.
— Но как у тебя получилось всё это устроить? Почему запись экстренно попала в новости? И кем был тот мужчина, на которого ты нацепил свою одежду?
— Один мой знакомый заранее снял меня с бутафорской кровью, а затем мы подложили другого человека и устроили взрыв, чтобы никто не смог опознать тело.
— Влад! Кем был этот мужчина?
— Давай так. Чтобы спокойно спать по ночам, тебе достаточно знать лишь то, что специально для подмены своего тела я никого не убивал, хорошо?
Я кивнула и сонным взглядом окинула окно. Белоснежные облака заслонили город и окончательно отрезали нас от прежней жизни, в которой было столько боли и слёз.
Влад положил свою голову на моё плечо и начал засыпать, утомленный сегодняшним днем. Я толкнула его в бок и спросила:
— Так теперь ты мне веришь?
— Ты о чем?
— Веришь, что я не спала с мужчинами за деньги все эти шесть лет?
— Ты из-за этого меня разбудила?!
— Ну-ка отвечай, а то я сейчас такую истерику устрою, что самолет из-за нас посадят!
Он сгреб меня в охапку и крепко прижал к себе, заставляя утонуть в нежности его рук. Тихо сказал возле моих губ:
— Верю.
— И почему именно сейчас?
— Скажем так…для шлюхи со стажем ты слишком скромная в постели, — ухмыльнулся, и тут же получил еще один удар в плечо.
— Я тебя сейчас придушу!
— А я тебя зацелую до смерти, — иронично подмигнул и более серьезно добавил, — дурашка, я же теперь никуда тебя не отпущу, понимаешь? Я и так был лишен возможности быть с тобой целых шесть лет.
— Я никуда и не собираюсь. Только давай договоримся сразу — больше никаких секретов.
— Никаких.
Несмотря на обещание Влада, лишь спустя полгода он раскроет свой последний секрет — перед инсценировкой смерти ему удалось лично ознакомиться с моим контрактом и еще раз поговорить с Розой. И так последняя грань, разделяющая нас, пала. Осталась только безграничная и всепоглощающая любовь.
Барселона, Испания.
Нежное касание маленькой ладошки разбудило меня и заставило приоткрыть глаза. Я сладко потянулась, наслаждаясь солнечным светом и вдыхая ароматный запах миндального пирога. Посмотрела в любопытные глаза малыша и улыбнулась, мягко дотронувшись до его головы.
— Сынок, тебя разбудило настырное солнышко? — на его щечках появились милые ямочки, когда он рассмеялся и начал тянуть одеяло в сторону, пытаясь указать на то, что ему жарко.
