Жизнь столько раз ломала и меня, и Влада. Мы распадались на сотни кусочков и лишь рядом друг с другом воссоединялись, и частицы наших душ наконец-то обретали какую-то целостность.
Я буду никчемной половиной, если сейчас увижу его тело. Просто умру. Я впервые хочу по-настоящему перестать дышать, потому что без Влада моему организму кислород не нужен. Сама жизнь не нужна. Всё пустое.
Я выбегаю из такси и несусь к тому месту. Осталось преодолеть последний квартал, и я либо умру, либо воскресну.
Мне просто нужно увидеть.
«
Я замедляюсь, когда достаточно просто выглянуть за угол, и всё будет понятно. Затыкаю свой рот, боясь привлечь к себе внимание, хотя это так глупо с моей стороны. Вокруг все люди в пальто или куртках, а я в обычной майке.
Наивная и отчаянная Ада, боящаяся сделать последний шаг.
Кричу в свою ладонь и хватаюсь за стену. Прижимаюсь к холодному кирпичу и поворачиваю голову, с трудом видя происходящее. В горле пересохло, глаза жгло от количества слёз, и эта боль не заканчивалась.
Ей не было конца. Она была глубже Марианской впадины. Бесконечная и убивающая.
Я правда не понимала, почему до сих пор дышу. Стою на ногах, вижу лежащее тело, но не могу разобрать, кому оно принадлежит.
Резко отталкиваюсь от стены и иду в его сторону. Истошно кричу, уже даже не пытаясь сдержаться. Я узнаю его белую майку. Именно в ней Влад сегодня ушёл из дома. И, как оказалось, навсегда.
Черные волосы. Пулевое ранение прямо в грудь. Всё, что я вижу — красное пятно, расползающееся по майке.
До тела оставалось совсем немного. В тот момент я даже не задумалась, почему нет ни одной полицейской машины. Улица была абсолютно пустой. Лишь он, лежащий на пороге какого-то деревянного дома, и я.
— Влад, боже мой, — тихо хриплю, не имея сил закричать.
Мой голос давно сорван. Он остался запертым в той квартире, откуда ты сегодня ушёл. Так же быстро, как и из моей жизни.
Резкая ударная волна откинула меня в сторону. Я отлетела на несколько метров и в ужасе смотрела на взрыв, произошедший в доме, возле которого лежало его тело.
Всё поглотил огонь. От боли я закрываю глаза, не в силах смотреть на то, как окончательно уходит из жизни мой самый любимый человек.
Единственный.
Но это не помогает. В темноте языки пламени еще сильнее выделяются, вызывая желание просто ослепнуть. Не видеть то, что происходит.
Я касаюсь кулона, который висит у меня на шее. Прохожусь по нему пальцами, чувствуя гравировку.
Ад и Ада. Это навсегда.
Издалека послышался громкий визг сирены. Ехала полиция и, возможно, скорая, хотя спасать там уже было некого.
Чьи-то руки резко поднимают меня с земли и оттаскивают в сторону черной машины, припаркованной за углом. Я даже не сопротивляюсь, мне все равно, что со мной будут делать.
Мое тело грубо запихивают на заднее сиденье. Я по-прежнему не могу открыть глаза. Мне страшно, меня колотит от жуткого холода и боли, полученной при падении на асфальт. Кожа на коленках, руках и животе стерлась до крови.
Но я не чувствую. Меня заполняет дикий страх из-за того, что я правда не могу двинуть ни одной клеточкой своего тела.
Машина резко срывается с места и меня откидывает назад, но я не ударяюсь. Чья-то ладонь придержала меня за голову и уберегла от получения новых ссадин.
Я несмело приоткрываю глаза, удивленная тем, что никто меня не связывает и не мучает. Мое тело просто держат. Я чувствую шершавость перчаток и поворачиваю голову. Рядом сидит мужчина. Его лицо скрывает черная маска, но эти глаза…я узнаю их из тысячи.
Влад впился в меня агрессивным взглядом и зло рявкнул:
— Блядь, Ада, ты совсем чокнутая? — больно сжимает мою кожу, пытаясь достучаться, — я же просил сделать лишь одно. Подождать, сука, дома. Почему ты не умеешь меня слушать?! Ада, почему?!
Его душные тиски лишь сильнее сдавливают мои синяки, но я даже не морщусь. Медленно протягиваю ладонь, боясь дотронуться до его лица. Боясь внезапно проснуться и понять, что это сон.
— Ада, ты меня слышишь? Какого черта ты сюда приперлась?
— Влад, это…это правда ты?
Он подхватил меня и посадил к себе на колени. Поднял голову за подбородок и впился крайне злым взглядом:
— Я спрашиваю, ты вообще в своем уме?
— Ты жив…ты в порядке, — шепчу, мягко дотрагиваясь до его волос и вдыхая знакомый аромат. Еще сильнее потянула носом воздух и прижалась к нему, крепко обнимая. Не боялась, что запачкаю кровью, и даже не спрашивала, почему он обыграл свою смерть.
Мне нужен был один ответ, и я его получила — он жив.
Мужчина оттолкнул мои руки и снова взбешенно рявкнул:
— Нахера ты сюда приехала? Ада, скажи, нахера? — замолчал, крепко сжимая челюсть, — сколько еще раз мы будем оказываться по уши в дерьме из-за того, что ты меня не слушаешь?!
Я нежно провела ладонью по его майке и всхлипнула, не в силах выдавить из себя ни слова.
— Ты из новостей об этом узнала? Я же сказал не включать телевизор!
Тихо прошептала:
