работать посудомойщиком, а позже – и официантом. Но пацан вырос. Он
научился жить по средствам.
Он добивался всего сам в юности. Успевал везде: изучал право, создал
свой бизнес и учил языки. А еще он любил футбол и хотел в молодости быть
агентом. В Голландии была дурацкая система, по которой игроков,
основываясь на возрасте и какой-то статистической хрени, можно было
продавать бесплатно. А Мино был против этого. Он даже судился однажды с
футбольной федерацией, и он начинал, уже сотрудничая со знаменитостями.
В 1993 году он поспособствовал трансферу Бергкампа в «Интер», а в 2001
году он помог Недведу перейти в «Ювентус» за 41 миллион евро.
Крутым он еще не был, но говорили, что его репутация растет. Он
везде мог найти лазейки, какие-то обходные пути. Мне это нравилось. Я не
хотел опять быть паинькой. Я хотел уйти и хороший контракт. Поэтому я
решил впечатлить этого Мино. Когда Тейс назначил встречу в гостинице
«Окура» в Амстердаме, я надел свою крутую коричневую кожаную куртку от
Gucci. Я уже не хотел быть придурком в спортивных штанах и, конечно, не
хотел, чтобы меня снова надули. Я надел золотые часы и поехал туда на
«Порше», которую припарковал снаружи.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ
Захожу я, значит, в «Окуру». Вот это отель! Он расположен рядом c
отелем «Амстел канал», роскошен до невозможности! Я подумал: ну вот оно,
надо держаться крутым. Пошел в суши-бар, ведь там мы забронировали
столик. Я не знал, какого мне человека ожидать. Возможно, он будет в крутом
полосатом костюме, и с золотыми часами покруче моих.
И что это за хрень появилась? Парень в джинсах, в футболке Nike. И
еще и с пузом. Вылитый мафиози из «Клана Сопрано».
И этот Санта Клаус – агент? Плюс ко всему, когда мы сделали заказ,
что вы думаете? Думаете, что мы взяли немного суши с авокадо и креветок?
Мы заказали еды, которой хватило бы и на пятерых. И он просто стал
запихивать в себя всё это. Но потом мы начали разговор, и он сразу же начал
с дела. Никакой элегантной хрени, никакой пыли в глаза, я это сразу понял.
И сказал себе: это хорошо, я хочу работать с этим парнем. Думаем-то мы
одинаково. Я уже готовился пожать ему руку и начать сотрудничество.
Но знаете, что этот самодовольный ублюдок сделал? Он вытащил
четыре листа А4 с распечатками из Интернета, на которых было много имен
и цифр. К примеру: Кристиан Вьери – 27 матчей, 24 гола. Филиппо Индзаги
– 25 матчей, 20 голов. Давид Трезеге – 24 матча, 20 голов. И в конце – Златан
Ибрагимович – 25 матчей, 5 голов.
— Ты думаешь, что я могу продать тебя с такими показателями? –
сказал он. Это ещё что, опять психологическая атака?
— Если бы я забил 20 голов, даже моя мама смогла бы меня продать,
– парировал я, и тогда он успокоился. Он хотел засмеяться, сегодня я это
знаю. Но тогда он продолжил свою игру. Не хотел терять инициативу.
— Ты прав. Но…
Ну что еще тебе надо? Я подумал, он опять попытается напасть.
— Думаешь, что ты весь из себя крутой, да?
— Ты о чем?
— Думаешь, что можешь удивить меня часами, курткой, «Порше».
Знаешь, что-то вообще не впечатляет. Это так…нелепо.
— Ок-ок, нелепо, так нелепо.
— Ты хочешь быть кем: лучшим в мире, или тем, кто дохрена
зарабатывает и ходит по улице во всем этом?
— Лучшим в мире!
— Отлично! Потому что если ты хочешь быть лучшим в мире, то ты
много чего еще добьешься. А если это все ради денег, то ничего этого не
будет, понимаешь?
— Понимаю.
— Обмозгуй это, и свяжись со мной потом, – сказал он, и встреча была
закончена.
Я вышел из отеля с мыслями, мол, подумаю об этом потом. Я по-прежнему могу быть крутым и заставить его ждать. Но нет. Я даже до
машины не дошел, а мне уже хотелось позвонить. Что я и сделал.
— Слушай, я не могу ждать, хочу работать с тобой прямо сейчас.
Он притих. И потом ответил:
— Ну ладно. Но если хочешь работать со мной, то делай, как я тебе
скажу.
— Да, хорошо.
— Ты продашь свои машины, свои часы и начнешь тренироваться в
три раза усерднее. Потому что твоя статистика – дерьмо.
«Твоя статистика – дерьмо»! Я должен был сразу послать его к чертям.
Продать машины? А они-то ему чем не угодили? Далековато он зашел,
однако. Но … он ведь был прав, разве нет? Я отдал ему свой «Порше Турбо».
Не для того, чтобы казаться послушным мальчиком, а просто, чтобы
избавиться от нее. Я бы убился в этой машине. Но на этом дело не
остановилось.
Я начал ездить на чертовски скучной клубной машине, «Фиат Стило»,
и снял золотые часы. Вместо них нацепил ужасные часы Nike. И вновь ходил
в тренировочном костюме. Трудное время настало. Я начал тренироваться,
как сумасшедший. Я доводил себя до грани. И до меня начало доходить, что
все это правда. Я был слишком доволен собой и всем вокруг. Думал, что я
крутой парень. Это был неправильный подход.
