зацепился за мою футболку и упал, а я обработал мяч. Дони, вратарь,
выбежал мне навстречу, а я сильно пробил. Мяч залетел прямо в угол.
«Мамма мия, вот это гол!» – сказал я потом прессе. Сезон шёл хорошо.
Меня признали лучшим футболистом года в Швеции. Было круто, но
церемонию организовал тот самый таблоид, Aftonbladet. Я про них еще не
забыл, поэтому остался дома. На следующий год в Турине проводились
Зимние Олимпийские Игры. Повсюду были люди, разнообразные вечеринки
и концерты на главной площади города. По вечерам Хелена и я стояли у себя
на балконе и наблюдали за этим. Мы были счастливы вместе и решили, что
нам стоит создать семью, или сделать так, чтобы это произошло само по себе.
Такое ведь не запланируешь. Это просто должно произойти. Кто знает, когда
ты готов к этому?
Иногда мы возвращались в Мальмё, чтобы навестить мою семью.
Хелена продала свой загородный дом, и мы частенько оставались у мамы, в
ее доме в Свагерторпе, который я купил ей. Иногда мы играли в футбол на ее
газоне. И как-то раз я очень неудачно пробил. Сильный удар получился, и
мяч пролетел сквозь забор. В нем осталась огромная дыра, и, конечно, мама
была готова убить меня. Вспыльчивая женщина. «Пошел отсюда, и без
нового забора не возвращайся! Вперед!» В таких ситуациях тебе остается
только одно: повиноваться. Мы поехали с Хеленой за забором, но нельзя ведь
просто купить несколько досок. Мы купили целую секцию нужного размера,
но в машину она не влезала. Пришлось нести ее на собственном горбу. А идти
было два километра. Это как когда-то отец тащил мою кровать. Вернулся я
абсолютно изможденным, но мама была счастлива, а это главное. Мы хорошо
впоследствии провели время.
Но на поле я начал немного терять хватку. Я чувствовал себя слишком
тяжелым. Я весил 98 килограммов, и не все из них приходились на
мышечную массу. Я часто ел пасту дважды в день и понял, что это слишком
много. Я уменьшил силовые тренировки и стал есть меньше. Попытался
вернуться в форму. Но и, кроме этого, у меня хватало проблем... Что
происходило с Моджи? Опять игра какая-то? Я не мог этого понять.
Планировалось подписание нового контракта. Но Моджи продолжал
что-то темнить. Оправдания были разными. У него всегда был козырь в
рукаве, но сейчас это были какие-то тупые отмазки. На следующей неделе. В
следующем месяце. Вечно что-то не так. Это продолжалось и продолжалось,
пока у меня не лопнуло терпение. Я сказал Мино: «Надоело! Давай уже
подписывать».
Мы пришли к соглашению, которое выглядело неплохо. И я подумал,
ну пойдет, главное, что это закончилось наконец. Но заключено оно пока не
было. Моджи сказал, мол, о’кей, подпишем через несколько дней. Сначала
нам предстоял матч против «Баварии» в Лиге Чемпионов. Играли дома. По
ходу матча я часто сталкивался с центральным защитником Валерьеном
Исмаэлем. Он постоянно опекал меня. В одном моменте он грубо сыграл
против меня, и я пнул его сзади по ногам. Мне показали желтую карточку.
Но это был не конец.
На 90-й минуте меня уронили в штрафной. Конечно, мне нужно
было сохранить спокойствие. Мы ведь вели 2:1, матч подходил к концу. Но
меня так бесил Исмаэль, что я заплел ему ноги. Мне показали вторую желтую
карточку. Меня удалили, и Капелло этому явно не обрадовался. Он потом
устроил мне разнос. Это было правильно. Не нужно было делать того, что я
сделал. Это было глупо. Капелло необходимо было преподать мне урок.
Но зачем в это дело влез Моджи? Он объявил, что нового контракта
мне не видать. Мол, я упустил свой шанс. Я взбесился. Сорвать все
переговоры из-за одной ошибки?
— Скажи Моджи, что я ничего больше не подпишу, что бы это ни
было, – сказал я Мино. – Хочу сменить клуб.
— Обдумай свои слова, – сказал Мино.
Я обдумал. Я отказался принять такое отношение к себе. Это война,
никак иначе. Мино пошел к Моджи и выложил ему все, как есть: ты смотри,
Златан-то упёртый псих, ты рискуешь потерять его. Через две недели Моджи
наконец передумал и появился с контрактом. Ничего другого мы и не
ожидали. Он не хотел упустить меня. Но это был ещё не конец. Мино
назначал встречи, Моджи их переносил с очередной порцией отмазок. То ему
надо улететь куда-то, то сделать это, то сделать то. Четко помню звонок
Мино:
— Что-то тут не так, – сказал он.
— А? Что ты имеешь в виду?
— Я не могу понять, что именно не так, но Моджи ведет себя странно.
Чуть позже это начало доходить не только до Мино. Что-то явно
произошло. Что-то происходило в клубе, и это не было связано с Лапо
Элканном, хотя это тоже была большая история. Лапо Элканн был внуком
Джанни Аньелли. Мы встречались несколько раз, но нашему
