Я кивнула и направилась в свои покои. Закрыла за собой дверь и прислонилась к ней спиной.
Глупо возмущаться, что сюжет изменился, когда сама приложила для этого столько усилий. Вот только почему-то в ключевых моментах он меняться никак не желал, а лишь поворачивался очень неожиданно и подкидывал проблемы одну за другой.
– Даже не ждал вас так рано, принцесса. Может быть, чаю?
Низкий раскатистый голос заставил вздрогнуть. Я резко повернула голову и увидела фигуру в углу комнаты. Света, пробивавшегося через окно, было недостаточно, чтобы осветить лицо, но сомнений не было: это Вэй Лун.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь скрыть тревогу.
Он поднялся и указал на столик перед собой.
– Пришел выпить с вами чаю.
– Разве не ты говорил, что принцессе не пристало пить чай за одним столом с простым стражем?
Я нащупала рукой щеколду на двери, чтобы открыть ее и выбежать наружу, но та почему-то не поддавалась.
Вэй Лун медленно направился ко мне.
– Я теперь не простой страж.
– Должность командира все равно не делает нас равными. Это просто неприлично…
Я запнулась, когда он оказался рядом, навис и сверлил меня взглядом, в глубине которого то и дело вспыхивали и гасли красные искры. Горячее дыхание опалило мою щеку.
– С каких пор, принцесса, вас волнуют приличия?
Его жаркий шепот неожиданно отозвался сладким томлением.
Вэй Лун прикоснулся к моему плечу, скользнул к шее и невесомо погладил. Я заметила, что его пальцы слегка подрагивают. Неужели волнуется? Эта мысль придала мне уверенности.
– С тех пор, как поняла, что каждое нарушение имеет свою цену.
Пальцы замерли.
– Цену? – прошептал он, наконец отстраняясь. – Что ж, иногда ее стоит заплатить. Выпейте со мной чаю.
Он вернулся к столику. Я поколебалась, но все же двинулась за ним.
Вэй Лун сам разлил чай по чашкам. Я дождалась, пока он сделает первый глоток, и только после тоже немного отпила.
– Раз уж мы с тобой оказались наедине, расскажешь, откуда взялся Гоушэн? В списках дворцовых слуг он не значится.
Вэй Лун усмехнулся и покачал головой.
– Ах, Гоушэн… Он не тот, за кого себя выдает, – это правда. Но он не враг вам, принцесса. Не более, чем я.
По спине прошел холодок. Почему он так ответил? Ведь не потому, что окончательно решил убить меня?
С ужасом я уставилась на недопитую чашку.
– Ты… – я тяжело сглотнула, – ты меня отравил?
– Нет, что вы, принцесса, я бы не посмел. В чае нет яда. Там всего лишь афродизиак. Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой, не так ли?
Кровь прилила к щекам, сердце забилось быстрее. Как… как он узнал?
– Ты… – Голос предал меня. Я сглотнула и попыталась снова. – Как ты посмел?
Он смотрел на меня, а в глазах плясали искры опасного веселья.
– Не нравится, когда к вам применяют ваши же методы? – Вэй Лун поднялся, и я в панике вскочила, смахнув чашку. Она упала на пол и разбилась. – Куда же вы, принцесса? – Бывший страж перегородил мне дорогу, вынуждая отступить к стене. – Вы еще не на все вопросы ответили.
Тепло разливалось по всему телу. Это действие афродизиака или просто Вэй Лун стоит слишком близко? Пространства между нами не осталось. Его близость заставляла задыхаться от возбуждения.
Дрожащей рукой я вытащила из волос заколку и выставила перед собой.
– Не подходи!
– По-вашему, это меня остановит? – Он скептически поднял одну бровь.
Я перевернула заколку, прижимая к своей шее. Острые края драгоценных камней впивались в ладонь, но адреналина было так много, что боли я почти не чувствовала.
Не то чтобы я собиралась умирать – просто видела такое не раз в дорамах: героиня угрожает герою своей жизнью, и тот отступает. Только я забыла, что этот «герой» совсем не против моей смерти.
Глаза Вэй Луна сузились, он сделал шаг вперед, словно намереваясь проверить мою решимость, а затем перехватил мое запястье и отвел от шеи.
– Думаете, я дам вам себя убить?! – рявкнул он.
– Чего ты хочешь? – Я старалась сохранить твердость в голосе, но это было на грани моих возможностей. В груди разрастался пожар, мне не хватало воздуха, а взгляд то и дело соскальзывал на изящно очерченные губы.
– Я хочу знать… – Он на мгновение прикрыл глаза, будто собираясь с мыслями, вот только произнес совсем не то, что я ожидала: – Было ли хоть что-то искреннее в вашем отношении ко мне?
Я замерла от удивления, заколка выпала из ослабевших пальцев.
– Вэй Лун… – имя само сорвалось с губ.
– Я знаю, что все было лишь притворством – вы говорили об этом своей служанке, – продолжал он с болью. Все в нем выражало страдание: складка между бровей, пронзительный взгляд, судорожное дыхание. – Я хотел ненавидеть вас за это. Но… Я не могу. Лю Луань, прошу: все, чего я хочу, – чтобы вы… притворялись дальше!
Он замолчал и уставился на меня, ожидая ответа. Каждое его слово вонзалось в сердце, точно острые шипы, и оставляло шрамы. Он подслушал мой разговор с Мэйлин? Но как? Какие еще из наших разговоров он слышал?
– Лю Луань… – позвал Вэй Лун, и в его хриплом голосе сквозило отчаяние. – Прошу, ответьте мне! Я не великий заклинатель. Но я… я могу быть преданнее, полезнее…
