Лили, мать, передвинула малыша к плечу и вздохнула:
— Не очень хорошо. Наша плита сломалась, а нам надо испечь пять пирогов к Дню благодарения. Я как раз спрашивала мистера Дженкинса, не может ли он пустить меня на несколько часов к своей плите. В противном случае не знаю, как нам все это сделать.
Ребенок заворковал и дернул ее за волосы.
— Как вкусно тут пахнет. Вы уже готовите на завтра? — спросил Джером. Его сын протянул руку и стащил кусочек яблока. Беврли пришлось сдерживаться, чтобы не стукнуть деревянной ложкой по столу.
— Да, готовлю. Мне нужно приготовить много блюд…
Том встал спиной к столешнице.
— Думаю, Бев пока не начала готовить по-настоящему. Просто нарезает продукты. Не вижу причины, почему вы не можете сунуть свои десерты в духовку.
Бев молча посчитала до десяти.
— Здесь не так много места, чтобы…
Лили улыбнулась:
— О, это не проблема. Я все сделаю как можно быстрее. Большое спасибо. Я знаю, что наш ужин на День благодарения будет совсем не изысканным, но мне хотелось бы сделать хотя бы пироги.
Джером обнял жену за плечи:
— Мы поможем и постараемся закончить как можно скорее. А потом оставим вас в покое.
Мистер Франклин взял поднос с пирогами и поставил его на рабочую поверхность. Бев наблюдала за событиями, словно в замедленной съемке. Поднос задел стеклянную банку с шалфеем. Банка покачнулась и опрокинулась. Вода потоками растеклась по мрамору столешницы и закапала на пол. Шалфей лежал в луже, от которой разбегались ручейки, пропитывая ее хрустящие овощи и листочки с рецептами.
— Упс. Я уберу, — Том стянул тряпку с корзины и бросил ее на пол, потом вытер разлитое ногой и улыбнулся Бев.
Она послала ему умоляющий взгляд.
Он поднял бровь.
— Что ж, все будет хорошо и уютно. Я пойду посижу на ступеньках и прикончу свое пиво. Удачи.
Насвистывая, Том пошел к двери. Насвистывая! Беверли захотелось поднять банку и запустить ему в голову. Она глубоко вдохнула, нацепила на лицо фальшивую улыбку и отодвинула свою начинку подальше.
— Вам хватит столько места?
Ее голос слегка дрожал, но она надеялась, что Франклины не заметили.
— Да, еще раз спасибо, Беверли.
Лили достала свои пироги и выставила их в ряд на рабочей поверхности. Малыш наклонился вперед и напускал слюней на разделочную доску.
Бев задумалась о том, где Том хранит аспирин.
* * *
Он дал им час.
Он знал, что на кухне закипает Беверли. Ее маленькая идеальная система, наверное, пошла прахом. Пока он ждал, мимо по улице проходили соседи и здоровались. Говорили, как им нравится новый цветник. Спрашивали о семье. Спрашивали про его планы на праздники.
Беверли вырубила его защиту от остального мира.
Даже хипстеры остановились поболтать. Они выгуливали свору хипстерских собак и пахли марихуаной.
Он поднял газету повыше, чтобы отгородиться от них, но соседи были непоколебимы. Все сегодня казались такими чертовски наглыми, и это ужасно его бесило. После часа вынужденных приветствий и разговоров он решил посмотреть, как поживает Бев в зоне боевых действий.
Том был готов рассмеяться, но выражение ее лица его отрезвило. Она была очень напряжена и готова сорваться. Хорошо организованная кухня исчезла: на столешнице пятна рассыпанной муки, на полу ползал ребенок, повсюду на столе пироги, под ногами вертелся Джейсон. Франклины, казалось, совершено не замечали, что Беверли близка к нервному срыву. Она ссутулилась и морщилась каждый раз, когда ребенок вопил. Что случалось часто.
Больше не существовало прекрасно организованных зон. Было похоже, что Франклины захватили поле боя, а Беверли выслали на задворки.
— Есть кто дома?
Скрипнула и захлопнулась сетчатая дверь, и в кухню вошел Поль ди Бенедетто — сосед-нудист. К счастью, полностью одетый.
— На улице пахнет чем-то вкусным. Пироги?
— Вы всегда заходите в чужие дома без приглашения? — рявкнул Том.
Поль пожал плечами:
— Нет, но я решил, что вы начали новую жизнь, судя по лужайке. И по гостям. И по еде.
Он жадно разглядывал пироги.
Том неохотно представил Франклинов и ди Бенедетто. Беверли едва кивнула и метнула взгляд на дверь.
— Я холостяк. Мне нечасто доводится есть домашнюю еду.
Том не удивился бы, если бы увидел, как с подбородка Поля капает слюна, пока он рассматривал блюда.
— Вот что я вам скажу, — Том вытряхнул из пачки сигарету и взял Бев за руку. Она уступила без сопротивления. Казалось, из нее выдавили все сопротивление. — Мы с Бев пойдем подышим воздухом. Почему бы вам не убрать тут все, забрать свои пироги и отправиться перекусить? Наши гости уже в пути, и нам надо готовиться к своему празднику.
Он не чувствовал ни капли вины за то, что приукрасил правду.
Он официально достиг предела светского дерьма.
Не дожидаясь ответа, он потянул Бев за дверь и дальше, в огород. Он продолжал держать ее за руку, пока вел по дорожке между капустой и луком.
— Привет.
В ее глазах стояло потрясение.
— Привет, — прошептала она. По ее щекам текли слезы.
