– Я не о деньгах. – Она глубоко вздохнула и схватила его за руки. – Ведь ты ее толком не знаешь, но все равно веришь в ее невиновность, потому что в это верю я. Вот за что я не смогу тебе отплатить. Все, иду за ней.
– Наверное, ты не захочешь, чтобы тебе мешали, – сказал Рорк, и Ева в который раз удивилась тому, что он все понимает. – Я сам оповещу ее адвокатов. Как звучит обвинение?
– Убийство второй степени. Боюсь, мне придется выдержать атаку прессы: репортеры обязательно пронюхают, что мы с Мэвис давние знакомые. – Она пригладила растрепанные волосы. – Тебя тоже не оставят в покое…
– Думаешь, это меня тревожит?
Она слабо улыбнулась.
– Надеюсь, что нет. Не знаю, сколько это займет времени, но постараюсь вытащить ее из тюрьмы как можно быстрее.
– Ева! – позвал Рорк, когда она уже начала подниматься по лестнице. – Мэвис тоже на тебя надеется. И не зря.
– Молю бога, чтобы ты был прав.
Собравшись с духом, она медленно подошла к двери Мэвис и постучала.
– Входите, Соммерсет. Я же сказала, что сама спущусь и попробую пирог… О! – Мэвис отъехала в кресле от компьютера, на котором сочиняла новую песню. Пытаясь улучшить себе настроение, она надела ярко-синий обтягивающий костюм и оттенила ему в тон волосы. – Я думала, это Соммерсет.
– С пирогом?
– Ага. Он позвонил и сказал, что повар испек пирог с шоколадной начинкой. Соммерсет знает, что это моя слабость. Удивительно: вы с ним не ладите, но со мной он очень ласков.
– Это потому, что он однажды видел тебя голой.
– Ты думаешь? Что ж, значит, все очень удачно получилось. – Она нервно защелкала ногтями по клавиатуре. – Вот если бы он заподозрил, что я положила глаз на Рорка, я не дождалась бы от него милости. В жизни не видела такой преданности! Можно подумать, что Рорк ему сын родной, а не хозяин. Если хочешь превратить Соммерсета в своего врага – посягни на Рорка! Кстати, то, что ты полицейский, только ухудшает дело: кажется, у Соммерсета на вашего брата здоровенный зуб. Как будто он когда-то…
Мэвис внезапно замолчала и задрожала всем телом.
– Извини, Даллас, я треплюсь как маленькая. Просто мне страшно. Ты ведь нашла Леонардо? Что-то не так, я чувствую. Он ранен? Убит?
– Нет, жив-здоров. – Ева пересекла комнату и присела на кровать. – Сам явился сегодня утром в полицию. Порез на руке, но в остальном все в порядке. Представь себе, вчера вечером вас с ним посетила одна и та же мысль – повидаться. Он напился и пополз к тебе, а по пути распорол себе руку о пустую бутылку, которую разбил, падая.
– Он был пьян?! – Мэвис подскочила. – Ведь он почти не пьет! Он знает, что ему нельзя. Он рассказывал мне, что если переберет, то вытворяет невесть что и потом ничего не помнит. Его это пугает, поэтому… Так, значит, он пришел ко мне? – Ее взгляд потеплел. – Как мило! Не нашел меня – и отправился к тебе?
– Он пришел ко мне, чтобы признаться в убийстве Пандоры.
Мэвис отшатнулась, словно ее ударили.
– Не может быть! Леонардо мухи не обидит! Он не способен на насилие. Просто он выгораживает меня…
– Он еще ничего не знал о твоем участии в событиях. Леонардо ничего не помнит о вчерашнем вечере, но полагает, что поссорился с Пандорой, сцепился с ней – и убил.
– Полная ерунда!
– Судя по всем уликам, да. – Ева потерла усталые глаза и не сразу убрала руки от лица. – Он порезался о бутылочное стекло. На месте преступления его крови не обнаружено, а на его одежде не было крови Пандоры. Пока что мы не имеем полной картины того, как он провел вечер и ночь, но нам не в чем его обвинить.
Ева видела, что Мэвис еще не понимает, куда она клонит.
– Вот и хорошо. Как я счастлива, что ты ему не поверила.
– Решение еще не окончательное, но на данный момент он вне подозрений.
– Слава богу! – Мэвис присела на кровать рядом с Евой. – Когда я могу его увидеть, Даллас? Нам с Леонардо надо решить, как жить дальше.
– Боюсь, с этим придется немного подождать… – Ева крепко зажмурилась, потом опасливо разлепила веки и заставила себя взглянуть на Мэвис. – Я должна попросить тебя об одолжении – самом большом, о каком тебя когда-либо просили.
– Ты хочешь сообщить мне что-то ужасное?
– Да. – Ева видела, как слабая улыбка Мэвис сменяется выражением отчаяния. – Ты должна полностью мне довериться. Поверить в мой профессионализм и знать, что мимо моего внимания не проскользнет ни одна мелочь. Ты обязана помнить, что я – твоя лучшая подруга, которая тебя любит…
Мэвис прерывисто дышала, сухие глаза горели, рот пересох.
– Ты меня арестуешь?!
– Мы получили данные лабораторных анализов. – Ева сжала руки Мэвис. – Они не оказались для меня сюрпризом, потому что я с самого начала знала, что все подстроено. Я ничего другого не ждала, Мэвис. Надеялась, что успею найти улики, указывающие на кого-то другого, но не получилось. Сейчас этим занимается Фини. Он – самый опытный специалист, можешь мне поверить. Рорк уже обратился к наилучшим адвокатам, какие только существуют. Остается сама процедура, а ее бояться не стоит.
– Ты арестовываешь меня по подозрению в убийстве?
