leggiero con grazia
По аллеевой дорожке вдоль аккуратно посаженных деревьев прогуливались двое. Она – в пышном шелковом платье – на полшага впереди, со сложенным веером в изящной тоненькой руке. Темные кудри, уложенные симметрично по обеим сторонам очаровательной головки, покачивались в такт ее легкому шагу. Августовский полдень солнечными бликами плясал на ее полуобнаженных плечах, играл в камешках драгоценных сережек и изящного ожерелья.
Она была чудо как хороша, она была само совершенство, и потому молодой человек, неслышно ступающий рядом, был чрезвычайно стеснителен и робок.
– Господин Шуберт, я слышала от вашего друга Фогля, на днях вы плохо себя чувствовали? Что же вы понапрасну мучите себя и всякий раз исправно приходите на занятия? Папа нисколько не будет против, если вы отдохнете некоторое время, поправите здоровье…
Спокойный и глубокий, мягкий и проникновенный голос отозвался мелодией неземной красоты. Шуберт, шагающий в полуметре от божественного создания, залился краской.«Ох, уж этот Иоганн! До чего же длинный язык у этого несносного человека! Стоит мне чихнуть, как он тут же разнесет в округе весть о моей грядущей кончине! Как бы не забыть устроить ему по возвращении хорошенькую взбучку. Теперь в Ее глазах я выгляжу хилым и немощным калекой…» – подумалось Шуберту, но вслух он произнес совершенно иное, и как можно более твердым, убедительным тоном:
– Дражайшая Каролина, наш друг Иоганн, как всегда, преувеличивает. Не беспокойтесь – мое здоровье в полном порядке, я чувствую себя превосходно.
– Ах, господин Шуберт, не считайте меня настолько бездушной! Можете не обманывать и не усыплять мою бдительность: я и без намеков ваших друзей прекрасно вижу, что вам стало хуже. В последнюю неделю вы чрезвычайно бледны.
– Графиня, прошу вас, не стоит об этом, – вполголоса попросил донельзя смущенный Шуберт. – Не видеть вас для меня еще более мучительная пытка…
Девушка вздрогнула и ускорила шаг.
– Наверное, нам уже пора возвращаться, – проговорила она, и в голосе ее дрожала едва уловимая грусть. – Скоро подадут обед, а потом вы, господин Шуберт, должны будете выполнить свое обещание! Помните?
ritardanto con amore
Франц коснулся взглядом ее миловидного личика, обращенного к нему в полупрофиль. В ее зеленоватых глазах утопал солнечный поток…
– Франц, вы меня слышите?
