Вероятно, это должно привести меня в ужас, но он если и придет, то потом, а сейчас мое горло охрипло от криков и стонов, суккуба на время притаилась, а по моему, прижатому к широкой груди телу, прокатывались постепенно ослабевающие волны удовольствия. Уснула я сразу же, как только мое тело было прижато к хантровской груди.
Проснулась от собственного стона, осознавая себя вновь охваченной огнем первобытной похоти. Да сколько ж можно?! Моя рука была зажата между ног, а на животе лежала огромная мужская лапища, прижимающая мою спину к сильному и, без сомнений, возбужденному телу. Хантер.
Хотелось обернуться и разбудить мужчину поцелуем, требуя очередной порции ласки, но я заставила себя сдержаться. Человек не может не чувствовать влечения к суккубе, но это вовсе не означает, что он уже не был выжат практически досуха. Тогда мне претила сама мысль пытаться оставить его и найти себе другой источник энергии. Теперь же мне пора покинуть этого мужчину, если не хочу нанести вред своим голодом ему и себе или накинуться на первого встречного прямо в коридоре. Хотя вряд ли мне так повезет — сейчас было как раз такое время суток, когда ранние пташки еще не проснулись, а полуночники наверняка уже спали. И где же мне искать себе мужчину? Видимо, придется ехать в какой-то ночной клуб, в надежде отыскать там хоть кого-то вменяемого и нормального.
Тяжело вздохнула и аккуратно приподняла тяжелую конечность, намереваясь выбраться из теплого кокона и вернуться в свой номер, пока в состоянии более-менее разумно мыслить.
Но стоило мне сделать попытку встать, как сзади гневно рыкнули и я тут же была снова схвачена за талию и притянута к широкой груди.
— Моя, — прорычали мне на ухо и моя суккуба расплылась розовой лужицей сиропа, отдавая себя, а заодно и меня, в единоличное владение Хантеру.
Лежавшая на животе рука сместилась вниз. Длинные пальцы прошлись по влажным от желания складочкам, а потом раздвинули их и потерли чувствительный бугорок.
Я застонала и вывернула шею, чтобы попросить мужчину отпустить меня, но… он спал? Как такое возможное? Но удивляться долго мне не дали, проникнув пальцами внутрь.
Дьявол! Я чувствовала, как стремительно разгорается во мне желание и сделала еще одну решительную попытку встать, но вместо этого каким-то образом оказалась лежащей на спине с ногами на плечах Хантера и его толстым длинным членом в себе.
Боже, как же хорошо, но… Мысль растаяла, так и не успев толком сформироваться, а я кусала в кровь губы, а чуть позже и свои кулачки, чтобы не закричать от обжигающего удовольствия, которое дарили мне длинные глубокие толчки, заполняющей меня до отказа плоти. А когда мои ноги соскользнули с широких плеч на бедра, движения стали невероятно медленными и больше дразнящими, а губы накрыли во властном глубоком поцелуе. И все это время Хантер пребывал где-то между сном и явью. А я на удивление находилась в здравом уме и твердой памяти, хоть внутри меня и скручивалось все от жажды разрядки — его и своей.
Вскоре его движения снова стали быстрыми и рваными, а потом пришла очередная, невероятная по своей мощности, разрядка. В глазах сначала потемнело, а после под веками словно вспыхнули миллионы звезд, тело выгнулось дугой, а пальцы изо всех сил вцепились в тонкую простыню…
Когда открыла глаза, увидела затуманенный сном и поволокой желания взгляд Хантера. Он выглядел немного удивленным, но довольным и… он смотрел на меня с нежностью.
— Тебе стоило огреть меня чем-то тяжелым, — мужчина явно пытался заставить свой голос звучать хоть немного виновато. — Видишь, что ты делаешь со мной — я хочу тебя даже во сне.
Я не поняла, это была попытка извиниться и обвинить?
— Надеюсь, я не сделал тебе больно? — а теперь в чуть хрипловатом голосе звучало неподдельное беспокойство и забота.
— Разве так кричат от боли? — слабо улыбнувшись, спросила я.
Мужчина покачал головой и, вышел из все еще пульсирующего лона, чтобы тут же шире раздвинуть ноги и внимательно посмотреть на припухшие складочки.
Ох, а это стыдно.
Попыталась свести ноги и отпихнуть пытающегося что-то высмотреть там Хантера. Не знаю, что он хотел там найти, но догадываюсь, что видел, так как чувствовала его вытекающее из меня семя.
— Ты больной?! — взвизгнула я, все-таки отстраняясь от него, с силой сжимая ноги и краснея от макушки до кончиков пальцев на ногах.
— Боюсь, навредить, — улыбнулся Хантер и, как ни в чем ни бывало ложась рядом, подтягивая мое тело к себе. — Думаю, завтра нужно будет зайти в аптеку и купить что-то для тебя.
Вероятно, будет слишком сильно саднить. Мы сегодня заигрались…
Моя суккуба налакавшись энергии мужчины, что котенок молока, сыто свернулась калачиком где-то внутри и блаженно сопела, а я… а мне оставила разбирать последствия бурной ночки. Мои щеки сейчас были не просто красными — пунцовыми, а взгляд метался по всему номеру, лишь бы не смотреть на самого мужчину. С каждой новой четкой картиной, всплывающей в моей памяти, я краснела еще больше, хотя минуту тому назад думала, что больше просто некуда.
Ого, и так тоже можно?!
Офигеть!
