– Тогда не задавай глупых вопросов. Передай свой гранатомет Грунову, он вам не пригодится. – Ханидзе подошел к остальным боевикам: Грунову, Демневу, Хабалову и Кураеву. – Вам быстро выйти к площади, где находится администрация, клуб, отделение полиции и гостиница. Она рядом с ментовкой, двухэтажное задние. Занять позиции напротив отделения и гостиницы. В ней нас интересуют три крайних слева окна второго этажа. Там находятся менты, приехавшие из Воронежа. Шесть рыл, по двое в каждой комнате. Они вооружены пистолетами. Одному из вас занять позицию напротив третьего и четвертого дома по левой стороне от клуба. Там проживают начальник полиции и его заместитель. Услышав выстрелы, взрывы, они поспешат в отделение. Надо снять их. Все гранатометы сосредоточить в группе Грунова, отдать трем бойцам. Заняв позиции, ждать сигнала. Мы с Зайченко подъедем, когда все выйдут на рубеж штурма. Тогда и устроим в ауле свистопляску. Да, еще вот что. У начальника полиции новый внедорожник «Ниссан», у зама «Нива». Надо будет забрать их. Это на тебе, Толя. – Ханидзе посмотрел на Грунова.
Тот кивнул:
– Я понял. Сделаем.
– Перемещаться быстро, но аккуратно, держась темной стороны, вдоль арыка. Выходить на позиции с параллельной улицы проулком, размещаться так, чтобы не видели менты из отделения. Их там трое. Все, вперед, бойцы!
Отправив группу Грунова, Ханидзе приказал Зайченко:
– Заводи ментовскую тачку! – Он обернулся к Липаеву и Тунаеву, стоявшим у поста: – Замерзли, что ли?
– Прямо сейчас идти? – спросил Селим.
– Нет, после обеда! Работайте, идиоты.
– Вот только оскорблять, Миша, не надо. Ты знаешь, что за это у нас бывает.
– Вас невозможно оскорбить. Работайте, я сказал!
Сотовый главаря провибрировал сигналом вызова.
– Да?! – ответил Ханидзе.
– Это Карасик. Мы в проулке, за один участок до площади.
– Как там?
– Да все тихо.
– На «девятке»?
– Да, лучше ничего не было.
– По дороге встретили кого-нибудь?
– Нет, все еще спят, но скоро начнут подниматься. В селениях встают рано.
– Заходите в тыл ментовки. К клубу выйдет группа Грунова. Подъеду я со Степаном. Тогда и начнем.
– Понял.
Ханидзе отключил телефон, сел на место переднего пассажира полицейской старой «шестерки».
Зайченко спросил:
– Может, пока мы еще тут, телефонные провода оборвем?
Главарь взглянул на него:
– Для чего?
– Чтобы никто позвонить не мог в район.
– Ты в каком веке живешь, Степан? Я что использую для переговоров?
– Ага! – Зайченко, как в старом кинофильме, ударил себя по лбу. – Сотовые телефоны!.. Прогресс, мать его.
– У тебя же самого мобила.
– Да я не подумал о ней.
– Думать надо всегда. Давай не спеша к площади.
– Понял.
«Шестерка» объехала Липаева и Тунаева, спешивших к домам, стоявшим на тихой улице. Красные фонари медленно удалялись.
Боевики прошли мост через арык, шагнули к забору. За кустами виднелся дом, явно не самый богатый.
– Зайдем! – Липаев сбросил автомат с плеча, снял с предохранителя, установил на одиночную стрельбу.
Тунаев толкнул ногой калитку. Та бесшумно отворилась.
– Гляди, Селим, дверь в дом приоткрыта. С чего бы?
– Стой. Где сортир?
– Вон слева. В нем тусклый свет.
– Кто-то захотел по нужде. А ну за угол, быстро!
Бандиты укрылись. Долго ждать им не пришлось.
Из уличного туалета вышел молодой мужчина. Он был в одних трусах, на ногах калоши. Освещая тропинку тусклым лучом фонарика, он, зевая, пошел к дому.
Селим показал подельнику большой палец, передал ему автомат, достал из ножен нож и сделал характерный жест, черкнул рукой себе по горлу.
Тунаев кивнул, мол, понял.
Мужчина подошел к дому, потянул к себе дверь.
В это время из-за угла выскочил Селим.
Мужчина успел повернуться, поэтому Липаев ударил прямо в горло, а не полоснул по шее, как хотел. Но и этот удар оказался смертельным. Человек захрипел, схватился руками за горло и повалился на траву.
К подельнику вышел Тунаев и прошептал:
– Готов?
– А ты выжил бы, если бы тебе перерезали горло?
– Интересно, много народу в доме?
– Мужик молодой, дом маленький, наверняка одна комната. Но теперь, сколько бы народу там ни было, отступать поздно.
– Надо было в окно взглянуть.
– Так чего не взглянул? Хорош базарить. Входим, включаем свет, смотрим, что к чему, бабу с ребенком лет пяти берем, остальных валим.
– А если не будет ребенка? Да и выстрелы из автомата соседи услышат.
– Стреляем из пистолетов. Если не будет пацаненка или девчонки нужного возраста, берем кого попало. Но все, входим, ты врубай свет.
– Угу!
Бандиты вошли в крохотную прихожую, где стояли три пары мужской и женской обуви.
Липаев приоткрыл дверь в комнату, увидел на полу, на широком матрасе женщину, укрытую легким одеялом. Место рядом было свободно. Это и понятно, мужик в туалет выходил. Люлька висела на веревках, прикрепленных к крюку, вбитому в потолок. У противоположной стены на узком матрасе, раскрывшись и смяв простыню с одеялом, спал мальчишка лет семи.
Липаев усмехнулся. Это то, что надо.
– Вперед!
Бандиты вошли в комнату. Тунаев пошарил рукой по стене и включил свет. Вспыхнула тусклая лампочка без абажура.
Женщина проснулась:
– Ты что, Али? Зачем?..
