Поежившись, я вышла из кустов и приблизилась к берегу. Заросли выглядели нетронутыми. Ни чужих следов, ни обломанных стеблей. Но огненный аконит рос не так далеко, чтобы до него нельзя было дотянуться.
– Поможешь? – спросила шепотом, вытягивая руку. - Мне нужно знать, не хозяйничал ли там кто-нибудь недавно.
Листик тут же перестал изображать браслет и спрыгнул на землю. Поводил в воздухе корешками, раздумывая, после чего нырнул в заросли. Стебли аконита закачались. Листик осторожно пробрался к ярко-алым цветам и зашарил там, разыскивая что-нибудь интересное. Чтобы через минуту забраться на один из стеблей покрепче и гордо выпятить грудь.
– Покажи-ка. – Я подалась вперед, присматриваясь.
И тихо охнула. Один из стеблей, на которые корешками указывал Листик, был обрезан. Оттуда совсем недавно срезали верхушку.
– Возвращайся, - велела я.
Подхватив Листика, быстро осмотрелась и пошла к одной из беседок рядом. Обросшая с трех сторон диким виноградом и клематисом, она прятала меня от любопытных глаз, но оставляла видимым пруд. Я устроилась на скамейке и принялась думать.
Убийца бывает в нашем саду, это однозначно. Жаль, олеандров тут слишком много, чтобы искать нужный куст, но дурман сорван именно здесь, да и аконит – тоже. Значит, это не просто случайный человек, который вдруг прогуливался мимо и однажды решил зайти. Он знает сад. Бывает в нем, не вызывая никаких подозрений.
И вроде бы важное открытие, вот только подозреваемых все равно получается слишком много. Да, сюда не пускают всех подряд, и часть сада вообще закрыта для посетителей, но людей хватает. Придворные, горожане, приезжие. Достаточно лишь купить билет. Боги, ведь я даже могла пересечься с убийцей и сама того не узнать.
Но раз так, в его подношениях должна быть какая-то логика. Если бы ее не было, убийце подошла бы любая парковая клумба. Мне кажется, он все же выбирает конкретный цветок. И, возможно, именно поэтому приходит туда, где этот выбор весьма разнообразен.
– Скучаете, Флор? - раздался рядом вкрадчивый голос.
От неожиданности я подскочила, чуть не споткнувшись, и нервно огляделась. У беседки стоял принц Хелесар.
– Что? - С перепугу я даже забыла сделать реверанс.
– Я вас напугал? - Принц приподнял смоляную бровь.
– Нет, что вы, - солгала я.
Хотя сердце колотилось, как сумасшедшее, и ладони отчего-то вспотели. Нельзя же вот так подкрадываться, да еще в момент, когда я всерьез рассуждаю о личности человека, убившего уже троих.
– Все в порядке, – повторила я, то ли ему, то ли себе. – В полном.
– Не знал, что вы сегодня работаете.
Он оперся плечом о столбик и сложил руки на груди, загораживая выход. Не то, чтобы я боялась, что мужчина вдруг начнет приставать, но стало не слишком уютно. Хелесар откровенно подавлял. Пусть даже в простой белой рубашке и с небрежно забранными в хвост волосами не слишком походил на принца.
– Я не работаю, - проговорила, понимая, что пауза слишком уж затянулась. - Просто пришла, чтобы… подумать о празднике.
– О празднике?
– Да, - я радостно ухватилась за так удачно подвернувшуюся тему. - На следующей неделе саду исполняется двести лет. Мы готовим праздничную выставку сортовых роз. А потом будет небольшой прием. То есть, наоборот. Сначала праздник, потом выставка.
– Вот как, прием… – протянул принц заинтересованно. - Пожалуй, мне не стоит пропускать такое мероприятие.
– О, вряд ли вам это интересно. – Я тут же сдала назад. - Гостей будет не так уж много. Да и все разговоры о природе, деревьях, цветах…
– Я люблю цветы, - тонко улыбнулся Хелесар.
Мужчина коснулся пальцами лилового венчика клематиса. Мне показалось даже, что сейчас сорвет, но он оставил цветок в покое. А меня вдруг бросило в жар от мысли, которая пришла в голову совершенно неожиданно.
– Так что мне явно понравится, - продолжил принц. - Пришлите приглашение на мое имя.
– Конечно, - выдавила я.
Удовлетворившись обещанием, он развернулся и ушел, как ни в чем не бывало. А я прижала ладони к горящим щекам, не в силах оторвать взгляд от его спины. Принц Хелесар… Он ведь ходит сюда, как к себе домой! Ходит так часто, что никто не видит в этом ничего странного. И я бы не увидела тоже, если бы не пыталась понять сейчас, кем может быть убийца.
Мы с Амелией определили одним из мотивов власть. Вернее, желание эту власть почувствовать или продемонстрировать другим. И решили, что в таком случае Садовником может быть человек, которого в обычной жизни презирают и ни во что не ставят. Но вдруг мы ошиблись: не с мотивом, а с определением характера? Ведь наслаждаться безнаказанностью может и тот, кто стоит выше остальных. Кто привык к тому, что ему дозволено многое. И если так, тогда у меня появляется очередной подозреваемый.
Принц Хелесар. Человек с не слишком устойчивой моралью. Любитель интриг, дуэлей и красивых женщин, знающий, что все сходит с рук. Хищник, от чьего пристального взгляда меня, бывает, пробирает дрожь.
