– Я могу убрать так всю конюшню, если хочешь, – предложил Кот.
Конюшенный мальчик с сожалением покачал головой:
– Мистер Каллоу убьет меня. Он верит в благотворное влияние физического труда и всё такое.
Кот обнаружил, что это правда. Уход за самим Сиракузом, сказал Джосс Каллоу, ни в коем случае нельзя осуществлять с помощью магии. И Джосс был в этом прав. Сиракуз очень плохо реагировал при малейшем намеке на магию. Коту пришлось делать всё обычным кропотливым способом и попутно научиться, как это делать.
Вторая часть проблемы с Сиракузом состояла в скуке. Когда Кот, одетый в бывший верховой костюм Дженет, который Милли ловко переделала под него, взнуздал Сиракуза, приготовив к прогулке, Джосс Каллоу распорядился, чтобы они отправились на выгон – выполнить целую серию скучных небольших упражнений. Кот не слишком возражал, поскольку вчерашние боли вернулись почти моментально. Зато Сиракуз был совершенно против.
– Он хочет галопом, – сообщил Кот.
– Ну, ему нельзя, – сказал Джосс. – Или пока нельзя. Бог знает, что тот волшебник замышлял с ним, но ему необходимо столько же тренировок, сколько тебе.
Задумавшись, Кот понял, что не меньше Сиракуза жаждет скакать галопом по открытому пространству. «Веди себя сейчас хорошо, и скоро мы сможем это сделать», – сказал он Сиракузу. «Скоро? – спросил Сиракуз. – Скоро, скоро?» «Да, – сказал ему Кот. – Скоро. Поскучай сейчас, чтобы мы скоро могли выехать». К облегчению Кота, Сиракуз поверил ему.
Позже, уходя, Кот поразмышлял над этим. Поскольку Сиракуз так сильно ненавидел магию, ему придется использовать ее на себе. Ему было запрещено пользоваться магией в Замке, так что придется делать это незаметно. Он потихоньку использовал ее, чтобы натренировать и смягчить все необходимые мышцы. Он позволил Сиракузу показать, что ему необходимо, а потом использовал странное неволшебное волшебство, которое, похоже, существовало между ним и Сиракузом, чтобы показать Сиракузу, как быть терпеливым, несмотря на скуку. Дело продвигалось медленнее, чем Кот надеялся. Медленнее, чем у весело хохочущей Дженет получалось учить Джулию кататься на новом велосипеде. Роджер, Дженет и Джулия радостно разъезжали на велосипедах по землям Замка и по деревне внизу задолго до того, как Кот и Сиракуз смогли удовлетворить Джосса Каллоу.
Но они справились довольно быстро. На самом деле, Джосс заявил, что они готовы выехать на настоящую прогулку, раньше, чем Кот считал возможным.
Они отправились – Джосс ехал рядом с Котом и Сиракузом на большой гнедой кобыле. Сиракуз был крайне взбудоражен и порывался танцевать. Кот на всякий случай предусмотрительно прикрепил себя к седлу магией, а Джосс твердой рукой держал поводья Кота, пока они поднимались по главной дороге, а потом по крутой тропе, ведущей в Домовой Лес. Как только они оказались на дороге среди деревьев, Джосс позволил Коту самому вести Сиракуза. Сиракуз сорвался с места как безумный.
Около двух фарлонгов[1], пока Сиракуз не успокоился, всё окружающее представляло собой для Кота трудноразличимую путаницу, глухой стук копыт, громкое лошадиное дыхание, перегной, вылетающий из-под копыт прямо Коту в лицо, папоротник, траву и деревья, возникающие на краю зрения, уши и гриву перед ним. Затем Сиракуз, наконец, согласился замедлиться до простой рыси, и Джосс догнал их. У Кота появилась возможность оглядеться, вдохнуть запах и увидеть, каким бывает лес в разгар лета, только начавшего двигаться к осени.
Кот за свою жизнь не часто бывал в лесах. Сначала он жил в городе, а потом – в Замке. Но, как и у большинства людей, у него были очень четкие представления о том, каким бывает лес – запутанный, темный и таинственный. Домовой Лес был совсем не таким.
Здесь будто вычистили все кусты, не оставив ничего, кроме высоких деревьев с темными листьями, папоротника и нескольких крепких падубов, а между ними – длинные прямые тропинки. В воздухе стоял сладкий, свежий, лиственный аромат. Но новый вид магии, который Кот узнал благодаря Сиракузу, говорил ему, что здесь должно быть больше, чем просто лес. Однако больше ничего не было. Даже несмотря на то, что Кот мог далеко видеть сквозь деревья, у леса не было глубины. Казалось, он затрагивает лишь поверхность его сознания, словно картонные декорации.
Пока они ехали, он задумался, не были ли его представления о лесе ложны. А потом Сиракуз вдруг прыгнул в сторону и остановился. От Сиракуза всегда можно было ожидать подобного. В частности, поэтому Кот прикрепил себя к седлу магией. Он не упал – хотя и был близок к этому, – а когда с трудом снова выпрямился, поискал, что испугало Сиракуза на
