Яйцо Пинхоу (ЛП) полностью

Джо взял носки и другие вещи и сам упаковал их в рюкзак так, чтобы никто не видел. Марианна знала – это из-за того, что украденный хорек тоже лежал в рюкзаке. Джо ходил с самым своим надутым видом. Марианна не могла его винить. Она знала, что на его месте до ужаса боялась бы отправляться туда, где все обитатели кудесники и никому другому не дают заниматься колдовством. Но, когда она спросила, Джо только проворчал:

– Дело не в магии, а в испорченных каникулах. Вот что я ненавижу.

Когда надутый Джо, наконец, уехал на велосипеде, причем за спиной у него развевался торчащий из рюкзака рукав рубашки, чувство было такое, словно прошла гроза. Марианна не в первый раз подумала, что брат обладает очень сильной магией, хотя и не обычной.

– Слава Богу! – воскликнула мама. – Ненавижу, когда он в таком настроении. Сходи за Чудиком, Марианна.

Прибыв к Лесному Дому, Марианна обнаружила, что парадная дверь – как ни странно – заперта. Ей пришлось стучать и звонить, прежде чем ей открыла сердитая сиделка с каменным лицом.

– А ты какую пользу можешь принести? – вопросила она. – Мы попросили викария позвонить мистеру Пинхоу.

– Имеете в виду дедушку Эдгара? – спросила Марианна. – А что случилось?

– Она устраивает нам полтергейст. Вот что случилось.

В этот момент со стола за дверью поднялся большой медный поднос и рванулся к голове сиделки. Она увернулась.

– Видишь, что я имею в виду? – сказала она. – Мы здесь больше ни дня не останемся.

Марианна проследила взглядом, как поднос прыгнул мимо нее к нижней ступеньке и с лязгом помятый рухнул на дорогу.

– Я поговорю с ней, – сказала она. – На самом деле я пришла забрать кота. Могу я войти?

– Пожалуйста, – ответила сиделка. – Заходи и стань новой мишенью!

Зайдя в прихожую, Марианна не могла не бросить взгляд украдкой на стеклянный купол хорька. По-прежнему казалось, будто под стеклом находится что-то желтое, но сегодня оно не слишком походило на хорька. «Проклятье! – подумала она. – Чары выветриваются. С иллюзиями так всегда».

Но тут ее отвлекла Бабка: в белой ночной рубашке с оборками и в красном фланелевом халате она стремительно слетела по лестнице, а за ней спешила вторая сиделка.

– Это ты, Марианна? – завопила Бабка.

Возможно, она снова в норме, с некоторым сомнением подумала Марианна.

– Привет, Бабка. Как ты?

– Под приговором градусника, – ответила Бабка. – Здесь мировая эпидемия, – она ядовито перевела взгляд с одной сиделки на другую. – Пора уходить.

К ужасу Марианны, большие напольные часы, которые всегда стояли возле лестницы, поднялись и, точно таран, метнулись в сиделку, которая открывала дверь. Сиделка закричала и рванулась в сторону. Часы попытались последовать за ней. Они качнулись через прихожую и с громким бренчанием и звоном разбитого стекла упали на купол хорька.

«Отлично, с этим покончено!» – подумала Марианна. Но Бабка теперь бежала к открытой парадной двери. Марианна бросилась за ней следом и схватила ее за костлявую руку, когда она споткнулась о медный поднос у нижней ступеньки.

– Бабка, – позвала она, – ты не можешь выйти на улицу в ночной одежде.

Бабка только безумно расхохоталась.

Она не в норме, подумала Марианна. Но не так уж сильно не в норме. Она слегка тряхнула Бабку за руку и строго произнесла:

– Бабка, ты должна перестать так делать. Те сиделки пытаются помочь тебе. И ты только что разбила ценные часы. Папа всегда говорит, что они стоят сотни фунтов. Тебе не стыдно?

– Стыд, стыд, – пробормотала Бабка, повесив голову – хрупкая и растрепанная. – Я не просила этого, Марианна.

– Нет-нет, конечно, нет, – сказала Марианна.

Она почувствовала дрожащую испуганную жалость, которую не хотелось бы чувствовать. От Бабки пахло так, словно она обмочилась, и она почти плакала.

– Это только из-за того, что Дед Фарли наложил на тебя чары…

– Что за Дед Фарли? – заинтересованно спросила Бабка.

– Забудь, – ответила Марианна. – Но это означает, что тебе надо набраться терпения, Бабка, и позволить людям помогать тебе, пока мы не добьемся, чтобы тебе стало лучше. И ты правда должна перестать швырять вещи в тех бедных сиделок.

На лице Бабки расплылась ехидная усмешка:

– Они не могут творить магию.

– Поэтому ты должна перестать так обращаться с ними, – объяснила Марианна. – Потому что они не могут ответить. Обещай мне, Бабка. Обещай, иначе… – она поспешно постаралась найти угрозу, которая впечатлила бы Бабку. – Обещай, иначе я никогда и не подумаю становиться Бабкой после тебя. Я распрощаюсь с тобой и пойду работать в Лондон.

А вообще-то, отличная идея. Марианна мечтательно подумала о магазинах, красных автобусах и улицах повсюду вместо полей. Но угроза, похоже, сработала. Бабка закивала нечесаной головой.

– Обещать, – пробормотала она. – Обещать Марианне. Это ты.

Марианна со вздохом простилась с лондонской жизнью:

– Надеюсь.

Она провела Бабку обратно в дом, где обе сиделки стояли, уставившись на обломки.

– Она обещала быть хорошей, – сообщила Марианна.