— Ты что, не можешь сообразить своим умом?
Повисла тишина. Все ждали, когда он продолжит.
— Если все это намеренно, если Мартин так себе представляет хорошую шутку, значит, все будет в порядке. Рано или поздно. Но если его переехал автобус или он спрыгнул с обрыва, мы здесь застряли, понятно? — Он замолк и перевел дыхание. — Как я уже говорил, никому не известно, что мы здесь.
Фрэнки раскрыла рот.
— Раньше ты говорил совсем другое. Твердил, что он появится с минуты на минуту.
— Что ж, непохоже, тебе не кажется?
— Подумайте, что вы несете, — вмешалась Алекс. — Мартин мертв? Маловероятно.
— Но мы же не знаем, — озлобленно возразил Джефф. Он потер глаза. — Мы ничего не знаем о том, что происходит снаружи. Может, уже наступил долбаный конец света, а мы не в курсе.
— Это просто... — начала было Алекс.
— Нелепая выдумка? Безусловно. Но ты понимаешь, о чем я, не так ли? Мы не контролируем то, что происходит во внешнем мире. И если Мартин сам нас не вытащит, как, черт возьми, нам выбираться наружу?
Над их головами, под потолком, неподвижно зияло пустое лицо двери — крепко запертой и забытой.
* * *И я подумала: почему бы не попробовать... просто чтобы узнать, как это — быть его девушкой. Да, я нервничала; я считала, что с ним будет интересно встречаться, но он казался мне немного опасным. Я была как та девушка из фильма шестидесятых годов, которая влюбилась в бунтаря-старшеклассника и обнаружила, что он намного глубже, чем ее напыщенные друзья. Это было... не могу найти подходящего слова. Возбуждающе, наверное. Раньше со мной никогда такого не случалось. Меня закружило, прежде чем я успела осознать, что делаю, и от этого было еще приятнее, ведь я понимала, что происходит, но не прекратила это. Я вела непрерывную психологическую игру: пыталась выяснить как можно больше об этом странном персонаже, фактическом лидере нашего окружения.
Он... не знаю, как на первых порах, но спустя какое-то время я открыла в нем одну странную черту, отчего все стало еще более отчетливым. Когда другие его не слушали, он говорил такие вещи... странные вещи. И иногда он просто... застывал. Бросал любые дела и замирал на месте ненадолго. Бывало, всего на полсекунды, но если присмотреться, это все равно было заметно; иногда чуть дольше. Будто что-то привлекло его внимание. Будто он увидел что-то внутренним зрением. Наверное, именно тогда он и придумывал свои розыгрыши...
В свадебном торте главное — украшение, понимаете, о чем я? Именно детали, дополнительные штрихи делали Мартина исключительным персонажем, не таким, как другие. Таким он и был, об этом следует сказать с самого начала: персонажем, а не реальным человеком. Чтобы понять человека, сначала знакомишься с ним и лишь потом проникаешь в его сущность. Но о персонажах знаешь лишь понаслышке; со слов других людей, которые говорят: «О да, я знаю то-то и то-то». С ними не надо даже знакомиться. Как с героями газетной хроники...
Все мои знакомые были за меня рады, и мне было приятно. Ведь я была новенькой в этой компании.
Так что пару раз мы ходили на свидания, как все обычные парочки.
* * *
