Со дня свадьбы Дариэль словно расцвела, счастливый брак наполнил и прежде милые черты девушки особым очарованием. Да и с лица Кейтена редко исчезала довольная улыбка. Атия украдкой подавила вздох, исподтишка бросив взгляд на молодоженов. Повезло же этой дурочке! О таком мужчине, как граф, она могла только мечтать, несмотря на молодость и состояние семьи. Да и Велена не понимает, как удачно ей удалось завоевать сердце виконта — это ведь такая удачная партия! Мать чуть ли не в каждом разговоре ставила эту сельскую выскочку ей в пример, заставляя постоянно общаться с этой ненормальной семейкой. Но чего не сделаешь ради отличных знакомств и светлого будущего, ведь среди друзей графа и виконта было столько состоятельных и именитых дворян! Так что Атия потерпит немного эту наивную курицу, искренне улыбаться, скрывая злость и зависть, ее научили с детства.
— Граф, — Атия с милой улыбкой присела в книксене, — графиня.
— О, милая, ну к чему эти формальности! — добродушно улыбнулась Дариэль, — друзья Вел и наши друзья. Ты можешь звать меня просто по имени.
— Спасибо, вы оказываете мне честь, — с благодарностью в голосе пропела Атия и скромно опустила глаза, мысленно скривившись. Деревенская выскочка!
— Л-леди, вы прекрасно в-выглядите, — слегка заикаясь, приветствовал их коренастый барон, привычно краснея при взгляде на предмет своего обожания.
Атия едва сдержала раздраженное фырканье. Как она устала от этого настойчивого идиота! Неужели он думает, что она будет благосклонна к смешному, даже нелепому, барону! Был бы он хотя бы маркиз… а лучше граф! Тогда Атия подумала бы. Но он всего лишь барон, а значит, недостоин ее внимания.
— Прекрасного дня, — слегка поклонился Винсент, не сводя взгляда с Велены. В его глазах было настолько искренне восхищение и откровенное обещание, что девушка сразу смущенно отвела взгляд.
— Нам, кажется, уже пора, — надеясь, что ее голос не дрогнет, выдав чувства, обратилась она к кузену.
Детские воспоминания ничуть не отличались от реальности. Дворец императора был прекрасен. Велена отчетливо помнила, как впервые увидела стройные белые стены, изящные узоры кованой ограды, аллеи величественных деревьев. Помнила и свое восхищение, и желание рассмотреть все, пройтись по аккуратным дорожкам и провести рукой по влажным статуям фонтанов. И сейчас все это было ей доступно. Открытый экипаж вез их по широкой каменной дороге, приближая к величественному дворцу, сверкающему от множества факелов и свечей. У центральной лестницы выстроились неподвижные гвардейцы, сновали вышколенные слуги и спешили гости, громко переговариваясь между собой.
Экипаж графа остановился и рядом тут же появился Винсент, ехавший с бароном Морисом Рейджем в отдельной карете. Он с учтивым поклоном подал руку Велене, удерживая ее пальцы дольше положенного и совсем не следуя этикету, нежно погладил ее ладонь. Велена, хоть уже и привыкла к подобным выходкам друга, все же не смогла скрыть легкого румянца. С каждым днем она все отчетливее осознавала, что ее сопротивление слабеет. Винс больше не друг, точнее, не просто друг. Все ее чувства были обострены до предела рядом с ним, вызывая путаницу в мыслях и слабую дрожь в коленях. Ни один из многочисленных поклонников не вызывал в ней столь трепетных чувств. И, наверное, ей давно стоило дать свое согласие, но что-то останавливало Велену. Словно кто-то настойчиво твердил, что нужно подождать, не время. И она ждала.
У массивных, распахнутых дверей стоял чопорный церемониймейстер, проверяющий приглашения. Он с низким поклоном проводил компанию в залу и звонким голосом объявил новоприбывших. Зала была наполнена людьми, звучала музыка от помоста с музыкантами, поэтому о появлении графа и его друзей узнали лишь близстоящие гости.
К компании тут же подскочила маленькая, полная женщина, мать Атии, графиня Сторн. Она приветливо раскланялась с графом и графиней, поприветствовала виконта и барона, не преминув тут же попенять дочери:
— Посмотри, как прекрасно выглядит Веленочка! Атия, тебе стоит брать с нее пример! — она оценивающим взглядом скользнула по наряду Велены, — но я хотела бы ненадолго забрать у вас свою дочь, кое-кто желает быть ей представленным. Приятного вечера, господа, — и не слушая робких возражений Атии, потянула ее за руку в глубь зала.
Барон тяжело вздохнул, с тоской глядя им вслед, что не укрылось от Кейтена.
— Не расстраивайся, Морис, — он ободряюще хлопнул юношу по плечу, — вечер только начался, ты успеешь еще пригласить Атию на танец.
— Я надеюсь, — пробормотал барон.
