Онор Донован достаточно было бросить на этого человека один-единственный взгляд, чтобы понять: от него можно ждать чего угодно. А ей и без того уже хватало неприятностей, которые невозможно было решить с помощью «Донован интернэшнл».
– Если вы из полиции, закройте дверь с той стороны, – проговорила она. – Если репортер, идите к свиньям.
– Дверь я закрыл, только с этой стороны, а там, куда вы меня посылаете, уже побывал.
– Докажите.
Он начал расстегивать пуговицы на своей «вареной» джинсовой куртке.
– Ладно, ладно, – торопливо спохватилась Онор. – Журналист?
– Нет, инструктор по рыбной ловле.
– Специалист по пираньям?
– Послушайте, вы мисс Онор Донован, которая дала объявление о том, что приглашает человека, хорошо знакомого с северо-западной частью Тихого океана в целом и со спортивными катерами в частности?
Она вздохнула и внутренне смирилась с неизбежным. Этот крепкий мужчина с очень короткой бородкой, темной шевелюрой, светлыми глазами, рассеченной левой бровью и чистыми ногтями на руках заглянул в коттедж ее пропавшего брата отнюдь не случайно. И несмотря на свою внешность, вызывавшую в ней некое смутное беспокойство, похоже, был лучшим кандидатом из всех, что до сих пор переступали порог этого дома, приходя по объявлению.
Один из них оказался полицейским, выдававшим себя за рыбака. Другой лишь недавно переехал жить в Штаты и по-английски говорил так, что его невозможно было понять. Третий почему-то решил, что она должна непременно заинтересоваться его атлетическим сложением, которым он так гордился. Четвертый по-английски говорил хорошо, но Онор стало не по себе сразу же, как только они встретились глазами. Он смахивал на гадюку, выползающую из-под камня.
В последние же три дня желающих совсем не было. Онор отчаянно надеялась на то, что вот-вот появится Кайл со своей обычной кривой ухмылкой и чудесным образом объяснит ей, с чего это вдруг полицейские решили, что он украл янтаря на миллион долларов. «Поэтому-то он и исчез», – думала она, изо всех сил отбрыкиваясь от другой возможной причины отсутствия брата. Причины, которая не давала ей заснуть по ночам и из-за которой в дневное время к горлу то и дело подкатывал комок и на глаза наворачивались слезы…
Кайл жив. Жив, черт возьми!
– Мисс Донован?
Спохватившись, Оиор поняла, что человек все еще ждет от нее ответа на свой вопрос.
– Да, это я расклеила объявления по Анакортесу.
– А я-то думал, что на меня кто-то составил словесный портрет.
Она скосила глаза на его «портрет», и ей вдруг стало ясно, что почувствовала Красная Шапочка в тот момент, когда увидела «зубки» своей «бабушки».
– Простите?..
– Ваши требования в объявлении как будто с меня списаны, – пояснил он.
– У вас есть что мне показать?
– Водительские права? Разрешение на рыбный промысел? Справка о том, что я умею обращаться с морскими катерами? Или о том, что мне сделана прививка от столбняка?
– А от бешенства? – живо бросила Онор и тут же неловко замолчала. Она привыкла общаться со старшими братьями и порой забывалась. – Прошу прощения, мистер…
– Мэллори.
– Мистер Мэллори.
– Лучше зовите просто Джейком. Так короче.
– Хорошо, Джейк… Я имела в виду рекомендательные письма от людей, с которыми вам приходилось работать прежде.
– Послушайте, вы ведь мало что смыслите в рыбной ловле, не так ли?
– Верно, иначе я не приглашала бы инструктора.
Он усмехнулся.
Онор вновь вспомнилась бедная Красная Шапочка.
– Вам следует дополнительно поработать над вашей улыбочкой. Она какая-то неубедительная.
Он прикинулся огорченным, но тоже без большого успеха.
– Если вы работаете руками так же споро, как и языком, – сказал он, – я быстро сделаю из вас рыбака.
– Рыбачку.
– А это еще что за зверь?
– Это рыбак, только женского рода.
– Рыбак, только женского рода?
– Да. Итак, вам нужна работа?
– Значит, рыбак, только женского рода… – Он как будто покатал выражение на языке, смакуя его звучание. – Да, нужна. Вы у нас будете единственным «рыбаком, только женского рода» во всей округе.
На этот раз Джейк улыбнулся совсем иначе. Весело, мягко и еще… Онор вдруг вспомнила о том, что она не просто напуганная до полусмерти сестра исчезнувшего брата, но также и женщина. Опустив глаза на свои руки и кашлянув, она чуть смущенно проговорила:
– Когда начнем?
– У вас есть разрешение на промысел?
– Нет.
– В таком случае придется подождать. Жаль. Солнце светит, ветра нет, до прилива еще несколько часов, да и приливы здесь детские. Погода прекрасная. Для островов Сан-Хуан лучше не придумаешь.
– Что мы будем ловить?
– Что попадется. Ни на что особенное рассчитывать заранее, положим, не стоит. Чтобы потом не очень огорчаться.
– Это ваше жизненное кредо?
– В детстве я был другим.
Онор внимательно взглянула на него, чуть наклонив голову.
– Что вы так смотрите? – спросил он улыбаясь. – У меня уши на затылке?
– Просто пытаюсь представить вас ребенком.
– Забавно. Но думаю, вообразить вас маленькой девочкой несравнимо легче. Плавать умеете?
– Как рыба.
