Старокошко новость изрядно удивила — с одной стороны такие самоходные ИПТАПы нужны были до крайности на фронте. Против «гадюки» с ее мощным зенитным снарядом ни один германский танк не мог выстоять, и даже приблизится на меньшую, чем полтора километра дистанцию. Да и перебросить САУ на любой угрожаемый участок фронта можно было гораздо быстрее, чем полк тех же буксируемых УСВ. К тому же пришло понимание, что Т-26 и БТ совершенно непригодны для боя против противника, войска которого насыщены противотанковыми пушками и ружьями.
— Две роты «шестидесяток» тебе выделили, к чему недовольство. А средних танков производят мало, а потому решено в роты Т-34 вводить третьим взводом экранированные БТ, но по две машины, а не три. Т-26 с «нашлепками» Т-26 передавать в тяжелые танковые полки четвертой ротой из семи машин, плюс еще пара в разведвзводе. Выпуск КВ крайне мал, а решили сформировать еще дополнительно с полдесятка полков — тяжелых танков на них пока нет.
— «Тришкин кафтан» постоянно латаем — роты по семь машин стали, новый штат бригады вообще 52 танка, из них два десятка «шестидесяток». А теперь одна рота Т-34 из двух в батальоне вообще в некомплекте…
Старокошко тяжело вздохнул, посмотрел на подбитый Pz-III, что из танка превратился в обгоревший металлолом. Все полковник прекрасно понимал — взять танки армии было неоткуда, потому и хватались за Т-60, чтобы хоть что-то было, чем ничего. Но тридцать восемь танков в бригаде, а таких уже большинство, причем половина шести тонных «шестидесяток», это уже отчаянная ситуация. Впрочем, оставалась надежда, что на фронте скоро появятся новые танковые бригады из «матильд» и «валентайнов» — те, по крайней мере, прилично забронированы.
— Да, у нас плохо, но у немцев еще хуже — у них в дивизиях по полсотни танков осталось. Все остальные на пути остались вот такими грудами, — Баранов дернул рукою в сторону подбитых германских танков. Ты заметил, что наступление до последнего времени вела только пехота, а механизированные части начали отводить во вторую линию.
— Как такое не заметить, Виктор Ильич, это ведь первое свидетельство того, что немцы решили перейти к обороне…
Балтику штормило третий день в подряд — выход в море был «заказан», в такую погоду риск просто несоразмерный. Плавать в шхерном районе, а именно к таким относился Моонзудский архипелаг, на мелководье, смерти подобно, риск потери корабля вырастает многократно.
— Теперь, Алексей Борисович, мы можем надеяться только на самих себя, и на собственные силы. Скоро подойдет отряд капитана первого ранга Мещерского, больше доставки пополнения и припасов из Ленинграда не будет. Но то ладно, продержимся, и ледоколы у нас имеются. Но подкреплений точно не будет до мая, если, конечно, не принимать в расчет полеты транспортных самолетов. Но так и летных дней в декабре будет мало — погода тут такая скверная в это время. Да, кстати — работы на Рухну нужно продолжать безостановочно, береговая батарея наглухо перекроет возможность противнику проводить конвои в Ригу, что, правда, маловероятно. Но остров занимает стратегически важное место, и препятствует как высадке на Моонзунд, так и действиям вражеских кораблей в Рижском заливе.
— Работы заканчиваются, Валентин Петрович — площадки для береговых батарей были подготовлены в июле-августе, только пушек не имелось. Я тогда отправил туда три 100 мм орудия, но баржу с ними потопили. Зато теперь доставили и установили четыре 130 мм орудия, в прикрытие две зенитных батареи, они же станут противодесантными по необходимости. Возвели пристань для торпедных катеров, сейчас силами строительной роты завершается достройка взлетно-посадочной полосы, способной принимать бипланы. По крайней мере, на У-2 уже туда садились и взлетали, но там будет базирование «чаек» — для них полоса должна быть длиннее. Гарнизон полностью обеспечен всем необходимым на три месяца, но туда еще надо доставить припасы, чтобы довести до пятимесячной нормы.
— Хорошо, Алексей Борисович, но постарайтесь как можно быстрее установить пушки, снятые с потопленных кораблей — новые береговые батареи необходимы для усиления нашей артиллерии на Вормсе и Мооне. И к январю они должны уже провести отстрел, и быть полностью готовы.
